Позначки


http://www.tkg.org.ua

Дата и время: 16.05.2009 г. 05:20 – 19:20

Участники:
Андрей (Leader Fox 26″) – Быстроногий ледокол.
Саша (GT 68-er) – Досвідчений кінь борозни не псує.
Сергей (Gaint 28″) – Подводная лодка в степях Украины.

Нитка маршрута:Донецк – Раздольное – Мичурино – Тельманово – балка Харцызская – Патриотичное – Новоазовск – Мариуполь.

Расстояния (место сбора – а/в Мариуполь): 174 км, в т.ч. 34 км грунт, в т.ч. 5 км бездорожье.

“Сутінковими птахами
поросла твоя мила і втрачена назва…”
К.Москалець, “Срібне поле”

Редкая птица пролетит половину могучей Донецкой области. То ли дело – конь, например, педальный. А про тройку – что и говорить.

Светает. Рассвет обнимает свежей прохладой и влагой вечерних дождей. Солнечный круг и небо вокруг рисуют розовым и оранжевым. С места сбора по объездной катим в сторону Авдотьино. Над ярами стелется туман. Выдох парует. Прохладный ветер проникает под одежду. На бортовом термометре 7 градусов по Цельсию. Легкий до умеренного боковой ветер позволяет Андрею вести поезд на неплохой скорости.

Раздольное. Почти Рерих

Раздольное. Почти Рерих

Наша цель сегодня – село Мичурино и балка Харцызская. Уже год, как хотелось тут проехать. Много прочитано и обдумано. И вот снова в седле. В Старобешево пьем первый утренний чай. На склонах Раздольного в утренней росе просыпаются цветы. Пчелы только и ждут. Ветер запускает первые волны ковыля. Поле действительно “срібне”. Коснувшись реликтового кальмиусского чабреца, поднимаем запах фимиама. Небо клубит и крутит белые веретена в глубоком синем.

Раздольное (греч. Каракуба – ойконим, от исходного крымского села, 1779 г.). Ностальгически машем рукой речке Мокрой Волновахе. Едем вдоль старых греческих домиков и традиционных каменных заборов сухой кладки. Хотелось бы еще услышать румейскую речь. В следующий раз, наверное. Недалеко от дороги, в старом кирпичном доме церковь «Святого пророка Божьего Ильи», почитаемого греками. В 1937 г. было разобрано большинство греческих храмов… С высокого моста через Кальмиус контрольные фото. Свежая зелень укрыла высокие склоны. Только поднявшись в Василевку, снимаем ветровки. Село в цвету сирени и тюльпанов.

Красавец Кальмиус

Красавец Кальмиус

Дорога в радость. Встречный дед на «Украине» приветствует нас. Легко и непринужденно докатили до Мичурино, села в Тельмановском районе. Это бывшая немецкая колония Гринталь (зеленая долина). Немецкие поселения тут со времен Екатерины II (1789 – 1835). На смену царям и царицам приходят новые вожди. Войны, борьба с кулаками, голодоморы и депортации прошлись кровавой жатвой по благодатному краю. Кто выжил после страшных 1930-х, был снова депортирован в 1941… Не уцелели ни люди, ни дома, ни названия. Разве широкие ровные улицы, тишина и умиротворение.

Операция “Висла” разбросала и “нашого цвіту по всьому світу”. С 1944 года рука об руку с советской, коммунистическая польская власть выселяет украинцев за пределы Польши, чтобы лишить украинских повстанцев опоры и поддержки. В 1946 году была запрещена и украинская церковь. Затем продолжение. В 1951 году “по просьбе трудящихся” Сталин проводит обмен территорий между Польшей и Украиной. С очередным «добровольным» выселением, естественно. С лесистых Карпат да в степь широкую. Многих дедовских кладбищ теперь и следу нет, и церкви сгорели, да и сел многих уже не найти. Может колокола, что закопали в землю предков, еще ждут…

Церковь в Мичурино

Церковь в Мичурино

В сельском магазине пьем горячий чай, перекусываем. Моя собеседница – пожилая женщина: «Я сама з лемків, нас 45-го року виселили, з Краківської області. Дитиною тоді була, пам`ятаю небагато. Село наше бомбували і спалили. Сюди привезли, а хат вцілілих майже не було. Жили по стайнях і руїнах. Отам, де столова нині – церква була. Її знищили ще до війни. Також і бойки тут є, що іх Сталін 1951 року переселив…» Едем длинными улицами села, выходим к небольшой сельской церкви в старом кирпичном доме. Вдоль улицы цветы и сирень. Рядом с местом старой церкви оборудуется маленькая католическая часовня “Святішого Серця Ісуса”. Дед катает внучку в коляске. Говорит: «Сам я з Полтавщини. Як 47-го року був неврожай і град великий, що все на полі побив. То аби вижити, довелися нового місця шукати. А брат вже на Донбасі був. Отак ми тут і донині… Якщо про історію села хочете знати, то он там, в дальній хаті, німкеня Фріда живе. Вона пам`ятає, та стара вже, 80 років має. А на іншому боці, ще одна німкеня є. І хат декілька німецьких залишилось. А в Тельманові дві церкви побачите…» Так и коснулись памяти, живой и теплой.

За спиной остаются аккуратное сельское кладбище, крепкая бревенчатая часовня и старые фруктовые сады. Склоны дороги в свежем ковыле с редкими красными цветами мака. Через несколько километров у дороги живописный ставок с местом для отдыха. Берега обведены сосновой и березовой рощами. Это балка Нижняя Каранская. Ниже дамбы – родник, оформленный в виде головы витязя. Правда, вода имеет своеобразный привкус. Спускаемся в райцентр Тельманово. Здесь, в балке Харцызской в 1859 году была основана немецкая колония Остгейм в 38 дворов. Да и теперь тут не людно. Тельмановский район насчитывает всего 35 тысяч жителей. Пополняем припасы воды и продовольствия, т.к. до моря теперь населенных пунктов не будет. На перекус с горячим чаем устраиваемся на автозаправке на выезде. Здесь удобные беседки под камышовой крышей с видом на балку.

На въезде в балку Харцызскую

На въезде в балку Харцызскую

Буквально в сотне метрах, свернув налево, сходим с асфальта на долгожданный грунт по Харцызской балке. На одометре 86 км от места встречи. Балка представляет собой широкую пологую долину, залитую зеленым лугом и разноцветьем. Свежие луга контрастируют с черными пахаными полями по краям. Здесь, на дне балки, достаточно крепкий и чистый ручей, обнажающий пойменный чернозем. Ощущения чистоты, свободы и простора. Слышны крики болотных птиц. Нечаянно спугнули огромную серую цаплю. Невдалеке от русла посадки акаций, тополей и дуба. К сожалению, беспощадные степные пожары прошлись и тут. Оживает не все. В долине пасется стадо коров, пастух в компании овчарки собирает грибы.

По карте дорога временами отходит от балки. Мы же решаем двигаться вдоль русла. Если идти вдоль ручья – не заблудишься. Но тут ручей пропал. Оказалось, мы прошли по дну указанного на карте водоема. О нем теперь напоминает разве что дамба. За дамбой свалка. Неприятно. Низиной вкатываем в туннель под трассой и продолжаем движение по балке. В нескольких километрах остается Свободное (бывш. Розенфельд). Пейзажи меняются. Деревьев больше. Высоко над головами парит хищник – хозяин здешних мест. Грунтовка вьется плавными поворотами. Видим, похоже, рукотворные земляные валы, спрятанные под зеленым покровом. Находим остатки сгоревших скирд и маленький карьер по добыче то ли ракушечника, то ли песчаника. Он показывает вертикальный срез на несколько метров – красно-коричневые известняки с примесью глины. Ни души, только ветер и птицы. Спешить не хочется.

Балкины просторы

Балкины просторы

В урочище Белая Криница встречаем грибника с двумя наполненными наполовину ведрами. Грунтовка тут просто идеальная. Остановились. Уточняем где урочище и есть ли родник. Узнаем, что урочище определили верно, но родника здесь нет. Встречный рассказывает о немецких колониях и селах, которых давно нет. Судьба их схожа с Мичурино, Зерновым (бывш. Принц), Новоласпой… Теперь и перед нами останки села по обоим берегам балки. За примыканием балки Бирючьей – одичавшие фруктовые заросли, местами следы хат. Дно балки широкое и зеленое, но воды по-прежнему нет. Местами закрытые колодцы с насосами. На удивление к ним подходят нетронутые линии электропередач. Дорога по-прежнему плавно вьется по зеленому дну, местами почти теряясь в траве.

Обедаем в высокой траве на склоне когда-то ставочка, в тени раскидистого дерева. Приятно обрадовало урочище Петровское на правом берегу. Здесь небольшой желто-коричневый карьер. Над ним на зеленом ковре крепкий сосняк. Тут тоже можно немного отдохнуть. На дне карьера лужи. На деревце сойки устроили брачные игры, не обращая внимания на нас. Несколько змеек грунтовки и мы снова пересекаем асфальт, что соединяет Розы Люксембург и Коминтерново, тоже некогда немецкие колонии. Продолжаем путь на юг по грунтовке. Метрах в пятистах от асфальта, на правом берегу – родник. Очень слабо из-под известняка вытекает вода. Рядом посажен совсем молодой, высотою с полметра, орех.

Дерево жизни

Дерево жизни

Берега становятся выше. Видны каменистые выходы. Возможно, балка могла служить торговым путем – чумацким шляхом. Широкая, плавная, когда-то и с водой. И облюбовали край этот казаки-харцызы. Птицами вольными летали они по степи на быстроногих скакунах. И ничьей власти над ними не было, только Божья. И ничего дороже воли не искали. Чумацкие мажи (возы) в воловьих упряжках шли от Таганрога на Харьков, когда-то половецкую столицу. Дальше за ориентир была им и Саур-Могила и речка Крынка, вдоль которой ходили караваны с Северного Кавказа в Центральную и Северную Европу. Земля предков наших знала разные времена и многие племена. Оказывается, германцы тут бывали и раньше. Например, киммерийцы – VIII-VII вв. до н.э. (помните Конона-варвара?) или позднее, готы, что пришли из Скандинавии и жили тут в III-VIII вв. в н.э.

Где-то здесь же, побывал в апреле-мае 1887 года и Антон Павлович Чехов. По состоянию здоровья, он не мог жить на юге, в Таганроге. Но родная степь влекла его к себе: «Как бы там ни было, будь хоть землетрясение, а я уеду, ибо долее мои нервы не выдержат. Я хочу уехать на юг не позже 31-го марта. Поеду с рублем, но все-таки поеду». За шесть донских недель Чехов «напоэтился <…> по самое горло». Побывал он и в южной степи, и на Саур-Могиле, и в Святогорье. Вскоре вышли рассказы «Перекати-поле», «Счастье» и повесть «Степь», имевшая резонанс у читателей и критиков.

По нехоженой степи

По нехоженой степи

Не удержусь от еще одной цитаты А.П.Чехова: «Это фантастический край. Донецкую степь я люблю и когда-то чувствовал себя в ней, как дома, и знал там каждую балочку. Когда я вспоминаю про эти балочки, шахты, Саур-могилу, рассказы про Зуя и Харцыза, генерала Иловайского, вспоминаю как я ездил на волах в Криничку и в Крепкую графа Платова, то мне становится грустно и жаль, что в Таганроге нет беллетристов и что этот материал очень милый и ценный никому не нужен». Крынку писатель называл рекой своего детства…

Балок с названием Харцызская в Донбассе не менее пяти. Но сегодняшняя – самая длинная. Мы прошли 30 километров. Снова крутые повороты. Вдоль дороги у распаханной черноземной поймы, совершенно магически, возлежат змейкой белые известняковые валуны, снятые с поля. Где-то мы проморгали и не заметили, как ушли в низовьях западнее. Поняв, что оставили балку позади, решаем таки двигаться на юг. В дикой степи наткнулись на грибы-зонтики. Мой шлем едва не влез под один из таких богатырей. Далее пришлось пройти немного паханым, проехать сеяным. Взгляд назад открывает пахнущую, терпкую и звенящую птицами, солнцем и ветром степь. Впереди замаячили тополя. Должно быть, дорога. Так и есть. Вышли на асфальт у Патриотичного, а не у запланированного Гусельщиково. Ну да и тому рады.

Над морем

Над морем

7 км до Нововазовска вниз. Впереди море и Кривая Коса до высокого горизонта. Кстати, коса – уникальное явление природы. Слышал, в Союзе они были только в Азовском, Черном и Чукотском море. Но это тема другого путешествия… С моста через Грузской Еланчик смотрим на гирло. Речка плавно втекает в море до самого неба. Нам пора. Увы, но последняя маршрутка до Донецка на 17:20 не смогла нас разместить. Жаль, что ждали ее почти час. В Мариуполь катили вдоль моря под встречно-боковым ветром. Город проглатывал Кальмиус, выдыхая клубы разноцветного дыма. Но с берега и мостков удят рыбаки. Говорят, были времена, когда здесь жили степные амазонки, ходили с плугом орачи, насыпали курганы и ваяли каменных баб степняки, лили золото скифы, проносились на конях казаки, пели протяжные песни чумаки… Все это можно увидеть и услышать – лишь стоит попробовать.

На автостанции Мариуполя проблем с загрузкой нет. 19:20. Впрыгиваем в салон, грузим коней в заднюю часть. Донецк. Стемнело. Над ставками из парка живой голос ВИАГРы про опыт левитации: «Притяженья больше нет…». Может, не перевелись еще ведунки на родной земле? И старушка, продававшая хенд-мейд метлы за Мичурино, улыбалась и махала нам рукой не просто так? 🙂

*фото: Андрей и Саша.


Раздольное. Почти Рерих

Раздольное. Почти Рерих
Аромат степу

Аромат степу
Красавец Кальмиус

Красавец Кальмиус
Церковь в Мичурино

Церковь в Мичурино
Весенняя дорога

Весенняя дорога
Advertisements