Позначки


http://www.k2x2.info/

Глава вторая

В предгорьях

Вся Восточно-Карпатская операция, осуществленная войсками 1-го и 4-го Украинских фронтов, по ходу своего развития может быть разделена на три этапа. Первый — наступление 1-й гвардейской армии, включение в наступление 18-й армии и выход войск к Главному Карпатскому хребту (9–30 сентября 1944 г.); второй — преодоление Главного Карпатского хребта (1–17 октября 1944 г.); третий — преодоление полосы укреплений по южным склонам Карпат и выход на Венгерскую равнину (18 октября — 6 ноября 1944 г.). (Схема 4).

1

Наступление 1-й гвардейской армии

(Схема 5)

Перед началом наступления, с утра 7 сентября, была проведена разведка боем. Действия разведотрядов имели целью уточнить передний край обороны противника, группировку его войск, а также огневую систему, характер инженерных сооружений и заграждений непосредственно в полосе нанесения главного удара.

Разведчики 129-й гвардейской стрелковой дивизии в составе усиленной стрелковой роты, действуя смело и решительно, сбили боевое охранение противника в районе юго-западнее Пловце и захватили этот важный опорный пункт на переднем крае обороны противника. На следующий день разведотряд 276-й стрелковой дивизии внезапным ударом овладел другим важным опорным пунктом на левом берегу реки Сан — Заславом. Действия разведподразделений создали благоприятную обстановку для наступления на этих направлениях.

С утра 9 сентября после 50-минутной артиллерийской подготовки 107-й стрелковый корпус перешел в наступление на фронте 4 км в общем направлении на м. Буковско и прорвал оборону противника на участке Пловце, Струже Мале, Струже Вельке, преодолев при этом систему опорных пунктов на переднем крае, в глубине и минные заграждения. Бои носили упорный и ожесточенный характер. Используя выгодные условия местности и подготовленные оборонительные рубежи, враг упорно сопротивлялся. Каждую высоту, каждый населенный пункт приходилось брать в тяжелой, кровопролитной борьбе.

Тем не менее 129-я гвардейская стрелковая дивизия, ведя наступление на правом фланге корпуса по пересеченной и частично покрытой лесом местности, в течение дня с упорными боями продвинулась на 4–5 км и овладела важным опорным пунктом обороны противника Прусек.

С утра в боевых порядках пехоты находилась лишь одна танковая рота 31-й отдельной гвардейской танковой бригады, выделенная для поддержки наступающей дивизии. Резко пересеченная местность, множество балок, размокшая после дождя почва ограничивали маневренность машин. Несмотря на это, пехота вместе с танками достигла леса южнее Пловце. Дальнейшее продвижение было остановлено сильным огнем вражеской артиллерии.

Во второй половине дня в бой были введены два танковых батальона. Это дало возможность нашим подразделениям продвинуться еще на 1,5 км. Однако артиллерийский огонь противника опять приостановил наступление. К исходу дня танковая бригада потеряла до 14 танков и была выведена из боя[50].

Действовавшая на левом фланге корпуса 167-я стрелковая дивизия в течение дня продвинулась вперед на 5 км и Овладела Небещанами.

9 сентября 876-й стрелковый полк 276-й стрелковой дивизии, действовавшей на вспомогательном направлении, форсировал реку Сан в районе Заслава и в течение всего дня вел бой за расширение плацдарма. Другие два полка этой дивизии, передав участок (иск.) Монастырец, Ванькова, Кросценко, Тихая пулеметному батальону 113-го армейского запасного полка, сосредоточились в лесу северо-восточнее Залужа, Монастырца и приготовились к вводу в бой.

Гитлеровское командование прилагало все усилия, чтобы задержать наступление наших войск. Оно спешно подтягивало в район прорыва вторые эшелоны и резервы с других участков. К исходу 9 сентября противник подбросил в район Прусек, Небещаны ближайшие тактические резервы и остановил наступление наших войск на этом рубеже.

10 сентября наступление 129-й гвардейской и 167-й стрелковых дивизий, начатое после 30-минутной артиллерийской подготовки, успеха не имело. Во второй половине дня 9 сентября из резерва была введена в бой 155-я стрелковая дивизия. Расширяя фронт наступления в сторону левого фланга, она в течение 10 сентября при поддержке 1511-го самоходно-артиллерийского полка продвинулась в южном направлении до 5 км и овладела городом Пораж. Действовавшая левее 276-я стрелковая дивизия одним полком, продвинувшись вперед, завязала бой на северной окраине города Загуж.

Следует отметить, что боевые действия наших войск сильно затруднялись из-за плохой погоды. Ливни размыли горные дороги и тропы. Слабая видимость ограничивала действия авиации. В течение первого дня наступления в полосе 1-й гвардейской армии авиация сделала всего лишь 38 самолето-вылетов[51].

Предусмотренный планом операции захват Карпатских перевалов словацкими дивизиями и партизанскими отрядами не был осуществлен. Это позволило гитлеровцам непрерывно наращивать свои силы в полосе наступления наших войск.

11 сентября ударная группировка войск 1-й гвардейской армии была усилена 141-й стрелковой дивизией 30-го стрелкового корпуса, которой командовал полковник И. С. Пахомов. Дивизия вводилась в бой на правом фланге корпуса между 155-й и 276-й стрелковыми дивизиями в направлении Загуж, Велеполе. Перед вводом 141-й дивизии в бой ей были подчинены 253-й горновьючный минометный полк и 317-й армейский истребительно-противотанковый артиллерийский полк.
На аэродроме Три Дуба
Район Дуклинского перевала
Пять стрелковых дивизий 1-й гвардейской армии в течение дня продвинулись от 1 до 4 км на фронте до 17 км и овладели рядом высот и населенных пунктов. При этом наибольшего успеха добилась усиленная танковым батальоном 31-й гвардейской танковой бригады 141-я стрелковая дивизия. Танковый батальон атаковал противника в Загуже с двух направлений: главный удар был нанесен с севера, а часть танков, совершив обходный маневр через Загутынь, по лесным массивам, вышла на южную окраину Загужа. Ворвавшись в Загуж, танки применили огнеметы и вызвали панику среди гитлеровцев. Вскоре части 141-й стрелковой дивизии, уничтожая разрозненные группы противника, овладели Загужем и Велеполе.

В то же время сопротивление противника значительно усилилось. Пытаясь затянуть прорыв и не допустить распространения наших войск на флангах и в глубину, он начал спешно подтягивать подкрепления с соседних участков, предпринимая контратаки с юго-запада и юго-востока в направлении на Санок. С рубежа высот севернее м. Буковско, Белхувка, Небещаны, Пораж, Велеполе, где у противника имелся заранее подготовленный промежуточный рубеж, усилился огонь артиллерийских и минометных батарей. В то же время противник, используя скрытые подступы, лесные массивы, силами 96-й пехотной дивизии и подброшенных частей 254-й и 168-й пехотных дивизий предпринимал яростные контратаки на многих направлениях, доводя их до 15 в день, в сопровождении 7–10 танков и самоходных орудий. Упорство противника в этих районах объяснялось стремлением-во что бы то ни стало отстоять рубеж Прусек, Небещаны и задержать наши войска, с тем чтобы укрепить промежуточный рубеж: высоты севернее м. Буковско, хребет к востоку от м. Буковско, севернее Мокре, Чекайки.
Партизаны Строганов, Ржецкий, Егоров
На боевое задание
Однако, несмотря на все усилия противника, 1-я гвардейская армия сначала силами 107-го стрелкового корпуса, а затем и 30-го стрелкового корпуса преодолела оборону противника в районе южнее Санок и в районе Загужа и, углубившись в расположение противника до 10 км, расширила фронт наступления до 18 км. Упорно сопротивляясь, противник противодействовал дальнейшему наступлению наших войск.

Исключительное боевое мастерство в боях за высоту 499 показали бойцы 9-й роты автоматчиков 320-го гвардейского стрелкового полка 129-й гвардейской стрелковой дивизии. Получив приказ овладеть высотой, командир роты капитан А. П. Курбатов поставил перед бойцами задачу и сам повел роту в атаку. В бою отважный офицер-коммунист пал смертью храбрых. В это время отделение сержанта Степаненко, действуя но указанию командира роты, обошло высоту и ударило по гитлеровцам с тыла. Высота была взята и, несмотря на неоднократные контратаки противника, удержана.

Отважно сражались бойцы и командиры 155-й стрелковой дивизии. Только за один день 11 сентября части дивизии отбили 10 контратак противника. В этой сложной и трудной обстановке советские воины показывали примеры стойкости, мужества и отваги, умения приспосабливаться к местности и вести успешные бои в горных условиях. 2-я стрелковая рота 436-го стрелкового полка под командованием капитана Н. Л. Цивилева стремительной атакой выбила противника с высоты и закрепилась на ней. Гитлеровцы перешли в контратаку. Шесть раз при поддержке пулеметного и минометного огня они лезли на высоту и шесть раз откатывались назад. Бойцы роты все время видели своего командира Цивилева в первых рядах. Даже тогда, когда в роте осталось всего восемь бойцов, они слышали его уверенный голос: «Мы должны удержать рубеж!» Получив тяжелое ранение, капитан Цивилев не покинул поля боя и продолжал руководить боем, вдохновляя личным примером подчиненных.

Парторг этой же роты старшина А. И. Проценко все время находился среди солдат. Переползая от бойца к бойцу, он личным примером и пламенным словом воодушевлял их. Проценко всегда оказывался там, где особенно сильно наседали враги. В один из моментов боя на старшину устремились до пятнадцати вражеских солдат. Отважный воин быстро занял удобную позицию и в упор из автомата расстрелял их.

Раненный в руку, Проценко не ушел с поля боя. Солдаты, видя рядом с собой раненого парторга, продолжавшего драться с врагом, еще ожесточеннее бились за высоту. Вражеская пуля сразила героя. По цепи пронесся призыв: «Клянемся за смерть парторга уничтожить всех, кто посягнет на наш рубеж!» Горстка храбрецов удержала высоту и закрепилась на ней.

Стремясь увеличить ударную силу войск первого эшелона и создать более плотное насыщение их огневыми средствами, командующий армией 11 сентября приказал командирам 107-го и 30-го стрелковых корпусов:

«1. Дивизиям 12.9 наступать, имея все три стрелковых полка в первом эшелоне. Ширина полосы главного удара дивизии не должна быть более 2 км.

2. В резерве командира стрелковой дивизии разрешается иметь один стрелковый батальон, в резерве командира полка — одну стрелковую роту.

3. 45-мм и 76-мм артиллерию (в том числе и дивизионную) иметь непосредственно в боевых порядках и при движении на 300–500 м от первой линии пехоты.

4. Командирам полков быть не далее 1 км от первой линии. Командирам дивизий — не далее 2 км.

5. Танкам и самоходным орудиям действовать вместе с пехотой. Командирам дивизий организовать тщательное совместное выполнение ими задач.

6. Наступление начать в 9.00 12.9.44 г. К этому времени всю пехоту вывести на исходное положение и организовать артиллерийский огонь.

7. Задача дня корпусов и 31-й отдельной танковой бригады на 12.9 остается прежняя.

8. Командирам корпусов и дивизий, начальникам штабов и командующим артиллерией корпусов и дивизий в течение ночи лично объехать свои части и построить боевые порядки в соответствии с настоящими указаниями»[52].

В соответствии с указаниями командарма войска 1-й гвардейской армии в течение ночи перестраивали боевые порядки и подтягивали артиллерию, а утром 12 сентября после короткой артиллерийской подготовки возобновили наступление. Преодолевая сильное сопротивление противника и отбивая его контратаки, части медленно, с боями, продвигались вперед. 129-я гвардейская стрелковая дивизия, потеснив противника, овладела опорным пунктом Збойска, 167-я стрелковая дивизия подошла к городам Каменне и Мокре.

В тот день исключительное мужество проявили бойцы и командиры 465-го стрелкового полка. Прорвав вражескую оборону, полк одним батальоном вышел на опушку леса. Едва передовые подразделения начали разворачиваться, как противник повел по опушке леса массированный артиллерийско-минометный огонь. Во 2-м батальоне полка выбыл из строя почти весь офицерский состав. Тогда командование батальоном взял на себя заместитель командира батальона по политчасти старший лейтенант В. Д. Сандок. Воодушевленные офицером, советские воины стояли насмерть. Молодой боец Михаил Ивасюк из 2-й стрелковой роты во время одной из вражеских контратак был ранен в ногу, но, когда командир приказал ему отправиться в медсанбат, Ивасюк заявил: «Разрешите мне остаться в строю. Я буду теперь бить фашистов еще беспощаднее». Рядовой Ивасюк продолжал храбро сражаться и после второго ранения.

Незначительно продвинулась в этот день 155-я стрелковая дивизия, усиленная 317-м истребительно-противотанковым артиллерийским полком. Преодолев первый рубеж обороны противника, дивизия получила задачу овладеть Морохувом, форсировать реку Ослава, захватить высоту 396 и обеспечить себе плацдарм на правом берегу реки для последующего наступления на Чашин.

Но наступление наших войск было встречено сильным артиллерийским и минометным огнем из пунктов Чашин и Мокре, высот и рощ между этими пунктами. Попытка командира 155-й стрелковой дивизии подавить огонь противника своими средствами была безрезультатной. Тогда эта задача была поставлена штурмовикам через авиапредставителя при командире стрелковой дивизии. Авиапредставитель по радио передал запрос командиру авиадивизии, который немедленно выслал две группы штурмовиков и одновременно сообщил об этом на КП дивизии. Находившийся там офицер-авиатор связался с группами и навел их на указанные цели.

Летчики выполнили поставленную задачу: подавили огонь артиллерии и нанесли значительные потери 287-му пехотному полку противника, который оборонялся на этом рубеже. 155-я стрелковая дивизия, воспользовавшись эффективным ударом штурмовиков, овладела Морохувом, форсировала реку Ослава, полностью выполнив свою задачу. А на следующий День эта же дивизия, не встретив особого сопротивления, овладела всем районом Чашин[53].

В связи с некоторым отставанием левого фланга 38-й армии 1-го Украинского фронта 107-й стрелковый корпус вынужден был выделить значительные силы для обеспечения своего правого фланга. Так, уже 13 сентября 129-я гвардейская стрелковая дивизия, а в последующем и другие соединения вынуждены были распылять свои силы и действовать на широком фронте[54].

В тот же день 141-я стрелковая дивизия 30-го стрелкового корпуса овладела Тырнавой, а 276-я стрелковая дивизия вышла на западный берег реки Сан на участке Лиско, Грушка, Постолув.

13 сентября войска армии продолжали наступление и в течение дня на отдельных участках продвинулись на 1–3 км. Наибольшего успеха в этот день добились 155-я стрелковая дивизия, овладевшая населенным пунктом Мокре, и 276-я стрелковая дивизия, захватившая Монастырец.

Бой за Монастырец был особенно упорным. Этот узел обороны противник занял в августе 1944 г. и укреплял около полутора месяцев. Передний край его проходил по лесным склонам высот. Левый фланг упирался в реку Сан, а правый занимался отдельной стрелковой ротой на восточной окраине Монастырца. Узел обороны состоял из системы отдельных опорных пунктов силой до взвода и отделения. В каждом опорном пункте была оборудована линия траншей с выносными пулеметными площадками, стрелковыми ячейками, ячейками для снайперов и блиндажами-укрытиями. Блиндажи имели защитную толщу в два ряда бревен и слой грунта в 0,5 м. Наблюдательные пункты и снайперские гнезда располагались на высоких деревьях.

Проволочные заграждения перед передним краем были оборудованы в густом лесу. На восточной окраине Монастырца, перед ротным опорным пунктом, была установлена спираль Бруно в два ряда, между которыми находилось минное поле. Наиболее мощными по укреплениям являлись фланговые опорные пункты. Они могли простреливать перекрестным огнем весь участок безлесных холмов, расположенных севернее Монастырца, и контролировать Монастырец, а также подступы к нему. Все фортификационные сооружения были тщательно замаскированы, сообщение по фронту и в глубину проводилось скрытно, за лесными масками.

Опорный пункт был взят нашими частями только с помощью интенсивной артиллерийской подготовки.

Говоря об итогах первого этапа, следует заметить, что начавшееся наступление 107-го стрелкового корпуса развернулось в армейскую наступательную операцию, в которой участвовали полностью два стрелковых корпуса. Ведя боевые действия, войска к исходу 13 сентября расширили фронт наступления до 30 км и образовали прорыв глубиной 10–12 км.

Наиболее характерными особенностями этого этапа явились: прорыв на узком фронте с постепенным наращиванием удара путем последовательного ввода в состав группировки новых дивизий; прикрытие флангов для обеспечения действий дивизий главного направления с одновременным выходом на фланги противника; развитие успеха и свертывание обороны противника в сторону обоих флангов и в глубину вдоль скатов высот в юго-западном и южном направлениях; захват промежуточного рубежа, оборудованного противником на высотах, господствующих с тыла над прорванной обороной, что обеспечивало нашим войскам надежное закрепление достигнутых успехов.

В связи с прорывом нашими войсками обороны в первый день наступления противник приступил к спешной перегруппировке частей первой линии перед фронтом 1-й гвардейской армии и тактических резервов в этом районе. В период с 10 по 12 сентября он в целях усиления своего левого фланга перебросил в район Загужа 254-ю пехотную дивизию и 442-й пехотный полк 168-й пехотной дивизии, доведя группировку своих сил на участке Прусек, Лукове, Монастырец до трех с половиной дивизий.
М. И. Запорожчепко
13 сентября в состав 1-й гвардейской армии был передан из фронтового резерва 11-й стрелковый корпус, которым командовал генерал-майор М. И. Запорожчепко. В состав корпуса входили три стрелковые дивизии: 226-я — командир генерал-майор Н. А. Кропотин, 237-я — командир генерал-майор Д. Ф. Дремин, с 19.9 — полковник М. Г. Тетенко и 271-я — командир генерал-майор В. Н. Моложаев. Для придания армии большей целеустремленности ее 18-й гвардейский стрелковый корпус в составе 161-й и 151-й стрелковых дивизий вместе с занимаемым ими участком фронта был передан в состав 18-й армии. Средства же усиления 18-го гвардейского стрелкового корпуса (1506-й истребительно-противотанковый артиллерийский полк, 195-й и 197-й горновьючные минометные полки) остались в резерве 1-й гвардейской армии.

В результате этой перегруппировки 1-я гвардейская армия получила возможность наступать всеми силами, в то время как до этого она вынуждена была 18-м гвардейским стрелковым корпусом занимать оборону.

Продолжая наступление, 1-я гвардейская армия 107-м стрелковым корпусом 13 сентября вышла на рубеж Белхувка, севернее Каменне, Мокре и захватила высоты 600, 647 и 649. Эти высоты противник оборонял с особым ожесточением, так как они господствовали над опорными пунктами его второй полосы обороны. Советские воины проявляли исключительный героизм. В бою за высоту 647 отличились артиллеристы 1-й батареи 299-го гвардейского артиллерийского Краснознаменного полка 129-й гвардейской стрелковой дивизии. 13 сентября командир батареи гвардии старший лейтенант В. М. Филиппов выдвинул на высоту два орудия непосредственно в боевые порядки пехоты и прямой наводкой отразил четыре контратаки противника, чем обеспечил удержание пехотой достигнутого рубежа. Рано утром следующего дня до 150 гитлеровцев предприняли контратаку на высоту с трех направлений. В результате внезапного удара им удалось потеснить нашу пехоту и ворваться в расположение батареи. Несмотря на многократное превосходство противника, командир батареи старший лейтенант В. М. Филиппов вместе с командиром отделения разведки гвардии старшим сержантом В. Ф. Баранниковым и рядовым А. Хомутовым приняли бой. Бросив гранаты и открыв огонь из личного оружия, отважные воины ворвались в гущу гитлеровцев. Враг, ошеломленный внезапным ударом, стал отходить. Тогда старший лейтенант Филиппов встал на место наводчика, а старший сержант Баранников — на место заряжающего. Метким огнем из орудия отважные артиллеристы уничтожили до 30 гитлеровцев. Враг отступил. Важный рубеж был удержан. За проявленный героизм и мужество старшему лейтенанту В. М. Филиппову и старшему сержанту В. Ф. Баранникову было присвоено звание Героя Советского Союза.

С захватом важных высот, а также рубежа Белхувка, севернее Каменне, Мокре наши войска получили возможность развить наступление и выйти на польско-чехословацкую границу.

В соответствии со сложившейся обстановкой Военный совет 4-го Украинского фронта 13 сентября представил Верховному Главнокомандующему соображения о проведении фронтовой наступательной операции, целью которой являлось преодоление Карпатского хребта и выход главными силами на рубеж Чемерне, Михальовце, Ужгород. В связи с тем что операция планировалась в условиях продолжавшегося наступления 1-й гвардейской армии по выполнению задачи выхода в район Команьчи, направление главного удара в соответствии со сложившейся обстановкой намечалось на Санок, Балигруд, Снину, Михальовце.

Главную роль в операции должна была играть 1-я гвардейская армия в составе трех стрелковых корпусов (девять стрелковых дивизий) при фронтовом резерве в один стрелковый корпус (три стрелковые дивизии) — всего 12 стрелковых дивизий. Средства усиления, включая армейские: пушечная артиллерийская бригада, восемь минометных полков, два гаубичных артиллерийских полка, семь истребительно-противотанковых полков, две танковые бригады, танковый и самоходный полки, два гвардейских минометных полка М-13, две инженерные бригады и 8-я воздушная армия в составе двух штурмовых, двух истребительных и одной бомбардировочной авиадивизий.

Операция планировалась по следующим этапам:

1-й этап — выход на исходное положение для наступления и сосредоточение главных сил. 1-я гвардейская армия в составе 107-го и 30-го стрелковых корпусов, выполняя поставленную задачу, продолжает наступление с целью выхода на рубеж Радошице, Воля Михова, Цисна, на что запланировано было с учетом горного рельефа и других условий 5 суток. Одновременно в район Санок сосредоточивались 11-й стрелковый и 3-й горнострелковый корпуса и фронтовые средства усиления. 11-й стрелковый корпус в основном уже был сосредоточен в районе Санок, а для перевода 3-го горнострелкового корпуса и средств усиления с мукачевского направления требовалось 8 суток.

2-й этап — преодоление Главного Карпатского хребта и выход на рубеж Яблонь, Снина, Стакчин, Вельке Верезне. Время — 4–5 суток. Прорыв производится силами шести стрелковых дивизий, из которых четыре дивизии в первом эшелоне, две — во втором. Три дивизии находятся во фронтовом резерве за боевыми порядками второго эшелона армии на направлении главного удара. Три стрелковые дивизии из состава армии используются для обеспечения флангов. Задача армии на данном этапе: силами шести стрелковых дивизий со средствами усиления прорвать оборону противника по главному хребту на участке Лупкув, Воля Михова, Манюв (допускалась возможность и некоторого изменения участка прорыва в зависимости от конкретных условий обстановки и местности) и, нанося главный удар в направлении Вышня Яблоика, Густовице, Снина, выйти к исходу четвертого дня операции на рубеж Яблонь, Снина, Стакчин, Улич, а в последующем наступать в направлениях Гуменне, Михальовце и Стакчин, Ужгород с целью овладеть Михальовце, Ужгородом.

Ввиду трудности движения на запад из района исходного положения — Лупкув, Воля Михова (на пути были высокие лесистые хребты) во взаимодействие с войсками 1-го Украинского фронта предполагалось вступить только после преодоления главного хребта и выхода на рокадные дороги южнее хребта.

3-й этап операции. Принимая рубеж Снина, Стакчин как исходное положение для выхода на Венгерскую равнину, 1-я гвардейская армия частью сил, действуя в направлении Ужгорода, главный удар наносит в направлении Михальовце с задачей выйти на рубеж Чемерне, Михальовце. Дальнейшее Уточнение направлений и характера боевых действий предполагалось осуществить в ходе наступления применительно к божившейся обстановке.
И. С. Пахомов
18-я армия в составе семи стрелковых дивизий согласно плану операции имела задачу, надежно обеспечивая на фронте в 180 км основные направления — Стрый, Густе; Стрый, Мукачево и Самбор, Турка, Ужгород, к началу операции сосредоточить свой резерв (две стрелковые дивизии) в районе восточнее Турки и подготовить здесь наличными силами прорыв обороны противника в направлении Турка, перевал Ужок.

С началом второго этапа операции 18-я армия частью сил одновременно с 1-й гвардейской армией наступает на Ужокский перевал с целью захвата перевала и дальнейшего наступления на Ужгород.

17-й гвардейский стрелковый корпус, используя благоприятно сложившуюся обстановку, к исходу 14 сентября выходит в район Жабье, Ворохта. В дальнейшем, действуя по обстановке, корпус сосредоточенными силами наступает в направлении Керешмезе, откуда, пользуясь рокадными дорогами, проходящими вдоль хребта, наступает в западном направлении, последовательно свертывая оборону противника.

Продолжая выполнять ранее поставленные задачи, 107-й и 30-й стрелковые корпуса развивали наступление, но на всем фронте встречали упорное сопротивление противника, выражавшееся не только в огневом воздействии, но и в возросшем количестве контратак. Особенно упорный характер они носили в районе леса южнее Мокре и по обе стороны дороги Лиско — Балигруд, где действовал 30-й корпус. Правофланговая 129-я гвардейская стрелковая дивизия, чтобы прикрыть фланг армии на участке Прусек, Збойска и южнее этого пункта, сильно растянула свой фронт. Встретив упорное сопротивление и контратаки со стороны противника, она в течение 14 и 15 сентября не имела успеха, а в районе юго-восточнее м. Буковско была даже незначительно потеснена.

167-я дивизия в течение 14 сентября продвинулась на 1–1,5 км, а в ночь на 15 сентября овладела Плонна и Кожушне. За два дня она продвинулась на 3 км.

155-я стрелковая дивизия вела упорные бои южнее Мокре.
Н. А. Кропотин
14 сентября она с помощью самоходных установок отразила пять контратак противника. На правом фланге части продвижения не имели. На левом фланге при поддержке танкового батальона, действовавшего вдоль дороги, войска продвинулись до 1 км и овладели горой Кичера. 15 сентября дивизия, сломив сопротивление противника в этом районе, полностью очистила лес, овладела высотой 597 и завязала бои за Кулашне. И здесь наземным войскам помогли летчики 8-й воздушной армии. Противник минометным огнем из района Мокре и по дороге от этой станции на Высочаны оказывал сильное сопротивление наступавшим войскам, в результате чего наша пехота не могла идти в атаку. Артиллерийско-минометный огонь наступавших частей также не мог накрыть огневые позиции противника. Тогда командир стрелковой дивизии обратился за помощью к штурмовикам.

Через авиапредставителя по радио была вызвана группа штурмовиков, которая прибыла к цели через 25 минут. Артиллерийско-минометные точки противника были подавлены, после чего наша пехота пошла в атаку и выполнила свою задачу.

Захваченные в этом бою пленные показали: «Наши минометы стояли около церкви пункта Высочаны. В этом же районе находился батальон пехоты, но когда налетела русская авиация, то много было убито солдат и офицеров, разбито автомашин и минометов. А после налета батальон уже не был способен идти в бой, так как оставшиеся в живых солдаты разбежались»[55].

Продвинулись вперед и части 30-го стрелкового корпуса, Действовавшие между дорогой Чашин — Щавне и рекой Сан. В течение 14 сентября 141-я стрелковая дивизия, отбив три контратаки противника, продвинулась на 1,5 км. 30-я стрелковая дивизия, отразив две контратаки, к исходу дня продвинулась правым флангом на 1,5 км и левым — на 2,5 км, овладев рядом высот, в том числе высотой 540, и вошла в горно-лесистый район восточнее Лукове.

Успешно развивалось наступление на левом фланге 30-го стрелкового корпуса. 276-я стрелковая дивизия одним полком, пройдя до 5 км вдоль западного берега реки Сан, овладела Гочевом. Вторым полком форсировала Сан и к 19 часам 14 сентября атакой с ходу овладела крупным опорным пунктом и важным узлом дорог в предгорьях Восточных Карпат — Лиско. Продолжая наступление этим полком, дивизия к исходу дня вышла к излучине реки Сан и поставила под угрозу окружения 168-ю пехотную дивизию противника.

Утром 14 сентября из района Монастыреца была введена в бой 237-я стрелковая дивизия. Наступая в направлении на Угерце, части дивизии сломили сопротивление противника на рубеже Безмихова Дольна, Безмихова Гурна, продвинулись до 6 км и к исходу дня овладели Янковцами, Ольшаницей.

Выход 276-й и 237-й стрелковых дивизий на указанные рубежи расширил прорыв обороны врага до 12 км и позволил ввести в бой главные силы 11-го стрелкового корпуса с рубежа Лиско, Янковцы, Руденка.

15 сентября части 30-го стрелкового корпуса вследствие сопротивления противника, усилившего свою группировку в этом районе частями 254-й пехотной дивизии, успеха не имели. Отразив за день до десяти контратак из района Средне Верьке, Новосюлки, войска корпуса продолжали вести бои на прежнем рубеже.

Уточняя задачи войскам на 16 сентября, командующий 1-й гвардейской армией приказал 129-й гвардейской стрелковой дивизии нанести удар по врагу и захватить Буковско, 155-й стрелковой дивизии — перегруппироваться в район Кожушне и наступать в направлении Щавне. 30-я и 276-я стрелковые дивизии должны были действовать одна в направлении Новосюлок, другая — Средня Весь, Вереска. Части, наступавшие в первом эшелоне, были усилены артиллерией и минометами.

Наступление наших войск началось утром 16 сентября. После 30-минутной артиллерийской подготовки части 129-й гвардейской стрелковой дивизии, сбив противника с занимаемых позиций, захватили Буковско, Воля Петрова и продвинулись на 5 км.

Особенно ожесточенный бой разгорелся в районе Буковско. Этот сильно укрепленный поселок три раза переходил из рук в руки. В период боя замечательный боевой подвиг совершила группа разведчиков под командованием старшего сержанта Маркина. Она скрытно пробралась в тыл обороны противника, атаковала один из господствовавших в этом районе опорных пунктов. Дерзкий удар разведчиков помог нашим частям овладеть опорным пунктом.

В течение дня 167-я стрелковая дивизия продвинулась всего на 2 км. Не добилась заметного успеха и 155-я стрелковая дивизия. Части 30-го стрелкового корпуса в течение 16 сентября, встречая ожесточенное сопротивление противника и отбив до 10 контратак, поддержанных массированным артиллерийско-минометным огнем, по-прежнему не имели продвижения. Только 237-я стрелковая дивизия, продолжая начатое 14 сентября наступление, к исходу 16 сентября овладела районом Орелец.

17 сентября Ставка Верховного Главнокомандования указала командующему 4-м Украинским фронтом:

«1. Направление наступления главной группировки фронта Вами значительно отклоняется к востоку, в результате чего теряется взаимодействие с 38-й армией 1-го Украинского фронта.

Основным направлением наступления иметь Команьча, Гуменне, Михальовце.

2. Взаимодействие с 38-й армией 1-го Украинского фронта осуществлять постоянно, а не относить его на период после преодоления главного хребта. Возможности для такого взаимодействия имеются, и отказываться от него неправильно.

3. На границу Польши с Чехословакией выйти не позже 19.9.44 и овладеть рубежом Ганушовце, Чемерне, Гуменне, Стакчин не позже 30.9.

4. Артиллерия БМ дана Вам не будет, так как в ней нет необходимости.

Гаубичные снаряды 122-мм и горючее будут отпущены.

5. Сил и средств у Вас вполне достаточно для успешного выполнения задачи, и Ставка требует от Вас решительных наступательных действий, чтобы не позже 3.10 овладеть районом Михальовце.

6. Об отданных распоряжениях донести»[56].

После этих указаний Ставки план фронтовой наступательной операции был уточнен. 1-я гвардейская армия главный удар наносила в направлении Команьча, Радошице, Гуменне. Для наступления через главный хребет Карпат на исходный рубеж Вислок-Вельке, Чистогорб, Радошице армия должна была выйти к исходу 19 сентября, отсюда, нанося удар своим правым флангом силами не менее шести дивизий и всех средств усиления, наступать на Медзилабарце, Гуменне и к исходу 29 сентября овладеть Ганушовце, Чемерне, Гуменне, Стакчин. Для обеспечения взаимодействия с 38-й армией из района Медзилабарце планировалось наступление в направлении на Стропков, Ганушовце одной усиленной стрелковой дивизией. В направлении Балигруд, Цисна должно было наступать не более Двух дивизий.

На исходном рубеже в состав 1-й гвардейской армии включался 3-й горнострелковый корпус в составе трех горнострелковых дивизий. В резерве фронта на направлении главного удара оставались две стрелковые дивизии и танковая бригада, ввод которых предполагался с рубежа Гуменне.

В соответствии с уточненным планом изменились задачи и для 18-й армии. Она должна была, прочно обеспечивая занимаемый рубеж от Нановы до Осмолоды, двумя дивизиями, а затем всем корпусом нанести вспомогательный удар в направлении Устрики Дольне, Чарна, Дзвиняч Гурны; в дальнейшем развивать наступление в направлении Лютовиска, Ступосяны, Устишки Гурне.

Разграничительная линия между армиями с 20 сентября устанавливалась: Хыров, Лопушнида, Ладына, Волковыя, Должица, Кальне (все пункты для 18-й армии включительно).

Говоря об изменении планов наступления 4-го Украинского фронта, можно сделать следующие выводы.

В основу первоначального планирования была положена оперативная идея Ставки Верховного Главнокомандования от 30 июля 1944 г., заключавшаяся в одновременном наступлении в направлениях на Гуменне, Ужгород и Мукачево. Выбор командованием фронта двух направлений для нанесения главного удара — на Ужгород и Мукачево — объяснялся недостатком сил и средств для нанесения одновременных ударов на всех трех направлениях и оперативной выгодностью ужгородского и мукачевского направлений. Эти направления в случае успеха выводили наши войска на Венгерскую равнину и рассекали фронт противостоящего противника на две части, изолируя 1-ю армию венгров от 1-й танковой армии немцев.

Последующее планирование Восточно-Карпатской операции осуществлялось с учетом, с одной стороны, необходимости взаимодействия с 38-й армией 1-го Украинского фронта, наступавшей в направлении Кросно, Прешов, что определяло перемещение направления главного удара к правому флангу фронта, и, с другой — успешными действиями войск 2-го Украинского фронта. Последние своим выходом на Венгерскую равнину с юга подрывали устойчивость 1-й венгерской армии и создавали условия более легкого преодоления Карпат в центре через Ужокский и Верецкий перевалы и на левом фланге через Яблоновский перевал.

Особенностью планирования фронтовой наступательной операции являлось то, что оно осуществлялось в условиях меняющейся обстановки. Поэтому отдельные элементы плана часто определялись только ориентировочно и зачастую в ходе развития наступления подвергались изменению применительно к складывавшейся обстановке.

Между тем на направлении главного удара 1-й гвардейской армии противник продолжал оказывать упорное сопротивление. Это вынуждало эшелонировать боевые порядки стрелковых корпусов и создавать более сильные ударные группировки. Было решено в обоих корпусах перестроить боевые порядки в два эшелона и действовать сосредоточенными ударами силою двух дивизий в каждом корпусе.

Еще 16 сентября командующий армией приказал:

«1. 107-му стрелковому корпусу с утра 17.9 нанести сосредоточенный удар двумя стрелковыми дивизиями (129-я и 167-я) с фронта Воля Петрова, Карликув в направлении высоты 777, Гурны и к исходу дня выйти на рубеж Гурны, Чистогорб.

155-ю стрелковую дивизию иметь во втором эшелоне корпуса в районе Каменне, северная часть Плонна. Один стрелковый полк оставить в обороне на участке южная окраина Плонна, Кожушне, высота 597, (иск.) высота 603.

Начало наступления — 9.00 17.9.44 г.

2. 30-му стрелковому корпусу с утра 17.9 продолжать наступление: а) 30-й стрелковой дивизии, прикрывшись одним стрелковым полком на участке высота 603, Лукове, (иск.) г. Дзял, двумя стрелковыми полками наступать в направлении г. Закуце, Загочеве и к исходу дня выйти на рубеж Хоцень, Загочеве. Начало наступления 30-й стрелковой дивизии — 14.00 17.9.44 г.;

б) 276-й стрелковой дивизии с рубежа высоты 340, 338 наступать в направлении н. Каменец, Вереска и к исходу дня выйти на рубеж ур. Княже Вереска. Одним стрелковым батальоном прикрыться на рубеже Гочев, высота 340,0. Начало наступления 276-й стрелковой дивизии — 10.00 17.9.44 г.

141-ю стрелковую дивизию к утру 17.9 вывести в район Чашин и роща северо-восточнее.

3. 31-й отдельной танковой бригаде (без одного батальона) сосредоточиться в 21.15 в Чашин в мой резерв. В районе Блозовец и Лукове оставить по одному взводу и один взвод придать 30-й стрелковой дивизии. Одному танковому батальону продолжать действовать совместно с 237-й стрелковой дивизией» [57].

Командиру 11-го стрелкового корпуса было приказано наступать силами 276-й стрелковой дивизии в направлении Лобозев и к утру 18 сентября выйти в район Городек, Райске.

С утра 17 сентября 107-й стрелковый корпус двумя дивизиями нанес удар в направлении Гурны. 129-й гвардейской дивизии в течение 17 сентября не удалось продвинуться вперед. Лишь на следующий день дивизия с упорными боями преодолела горно-лесистый район севернее Гурны, овладела высотами 749, 679, 642, отразив 18 сентября четыре контратаки противника. 167-я стрелковая дивизия, поддержанная 1-м гвардейским танковым полком, в боях 17 и 18 сентября сломила сопротивление противника и овладела Пшибышувом.

Следует заметить, что населенный пункт Пшибышув представлял собой важный узел дорог и выгодный для противника рубеж, прикрывавший подступы к Команьче. Гитлеровцы сильно укрепили Пшибышув и подступы к нему в инженерном отношении. Овладение этим пунктом командир 167-й стрелковой дивизии полковник И. Д. Дряхлов возложил на 465-й стрелковый полк. Командир полка принял решение атаковать противника одновременно с фронта и тыла. Группа автоматчиков во главе с младшим лейтенантом Г. Ф. Богдановым скрытно пробралась в тыл врага и вышла на южную окраину Пшибышува. По сигналу автоматчики стремительно атаковали противника. Одновременно стрелковые батальоны нанесли удар с северо-запада и северо-востока. В результате дерзкой атаки 465-й стрелковый полк полностью разгромил 2-й батальон 287-го пехотного полка 96-й пехотной дивизии. Группа младшего лейтенанта Богданова пленила штаб этого батальона вместе с его командиром.

К исходу дня 167-я стрелковая дивизия продвинулась до 3 км и вышла на хребет Камень, а 129-я стрелковая дивизия несколько раньше захватила гору Токарня. Выход частей 107-го стрелкового корпуса в эти пункты ставил противника в неблагоприятные условия. Враг лишался выгодного рубежа, на котором он мог бы организовать оборону и задержать продвижение наших войск к перевалам Главного Карпатского хребта и польско-чехословацкой границе. Одновременно это усиливало угрозу перехвата нашими войсками дороги Ясьлиска — Медзилабарце, имевшей для противника важное значение в качестве рокадной дороги в предгорьях Карпат[58].

30-й стрелковый корпус в течение 17 и 18 сентября продвинулся только на участке 276-й стрелковой дивизии на 1,5–2 км, отразив здесь четыре контратаки противника. 237-я стрелковая дивизия 11-го стрелкового корпуса к исходу 17 сентября вышла на рубеж Солина, Лобозев и своим правым флангом форсировала реку Сан.

Следует отметить смелость и находчивость бойцов и командиров 838-го стрелкового полка этой дивизии при форсировании реки Сан.

Подходы к реке прикрывались господствующей в этом районе высотой 741. Подступы к северным скатам высоты были сплошь заминированы, во многих местах устроены лесные завалы; на южных склонах высоты находились вражеские огневые позиции артиллерии и минометов.

Прежде чем начать форсирование реки, необходимо было захватить высоту. Но с ходу овладеть ею не представлялось возможным. Тогда командир полка решил обойти высоту с северо-запада, а главными силами полка по лесным тропам и оврагам с северо-востока форсировать Сан в тылу у противника. Чтобы отвлечь внимание врага, одна рота атаковала высоту с фронта.

После короткого удара артиллерии и минометов полк приступил к выполнению задачи. Воспользовавшись тем, что противник сосредоточил все свои усилия на отражении атаки с фронта и ослабил внимание к своим флангам, командир 3-го стрелкового батальона майор П. И. Найденов атаковал высоту с северо-запада. В это время главные силы полка вышли в тыл неприятеля на южные скаты высоты. В рядах противника произошло замешательство. Охваченные паникой, гитлеровцы пытались спастись бегством.

К исходу 18 сентября 237-я дивизия вышла на линию Поляньчик, Городек и левым флангом вела бой за Телесница Ошварова. В конце дня дивизия была передана в оперативное подчинение командира 30-го стрелкового корпуса.

Чтобы использовать успех 237-й стрелковой дивизии, командующий армией приказал с утра 18 сентября ввести в бой 271-ю стрелковую дивизию, которой командовал генерал-майор В. Н. Моложаев. Уничтожая на своем пути разрозненные группы противника, части дивизии вскоре овладели важным узлом дорог в предгорьях Карпат и мощным опорным пунктом противника Устрики Дольне. Продолжая наступление, 271-я стрелковая дивизия вышла на рубеж Гошовчик, Ялове, продвинувшись при этом до 20 км.

Выход дивизий 11-го стрелкового корпуса на этот рубеж создал благоприятные условия для нанесения удара во фланг вражеской группировки, которая оборонялась перед 18-й армией на рубеже Кросценко, Исайе.

Дело в том, что в ходе наступления войска 1-й гвардейской армии перерезали почти все ближайшие рокадные дороги, соединяющие немецкие и венгерские войска, оборонявшиеся на подступах к Главному Карпатскому хребту. Сложившаяся обстановка давала возможность нашим войскам выйти в тыл противнику и нарушить его оборону ударом в юго-восточном направлении на всем фронте. Кроме того, успешное наступление на левом фланге войск 1-й гвардейской армии способствовало выходу наших войск в район Ужокского перевала.

Наступление войск 1-й гвардейской армии изменило обстановку перед всем 4-м Украинским фронтом в нашу пользу. Следует учесть и то обстоятельство, что гитлеровское командование, пытаясь задержать наступление войск 1-й гвардейской армии и не имея для этого достаточных резервов, вынуждено было значительную часть своих сил перед фронтом 18-й армии снять и перебросить на участок прорыва 1-й гвардейской армии. Это обстоятельство также создавало благоприятные условия для перехода в наступление 18-й армии.

Учитывая сложившуюся обстановку и в связи с тем что 20 сентября должно было развернуться наступление по всему фронту, 18 сентября перед 1-й гвардейской армией были поставлены очередные задачи. Они сводились к тому, что 1-я гвардейская армия наносила главный удар в направлении Команьча, Радошице. К исходу 19 сентября она должна была выйти на польско-чехословацкую границу и овладеть рубежом Вислок-Вельке, Гурны, Чистогорб, Команьча, Балигруд. После этого, получив 3-й горнострелковый корпус, она группировкой не менее шести дивизий, сосредоточенной на правом фланге, прорывала оборону противника и к исходу 24 сентября главными силами выходила на рубеж Габуре, Медзилабарце, Вилаг. В последующем, наступая на Гуменне, к исходу 29 сентября армия должна была выйти на рубеж Ганушовце, Чемерне, Гуменне, Стакчин. Левофланговые соединения армии наступали в направлении Балигруд, Цисна.

После передачи в состав армии 3-го горнострелкового корпуса в резерв фронта были выведены две дивизии. При этом полоса наступления для 1-й гвардейской армии сужалась на 15–20 км и граница с 18-й армией устанавливалась по линии Хыров, Лопушница, Лодына, Завуз, Кальие.

К моменту постановки этой задачи, то есть к 18 сентября, 1-я гвардейская армия имела в своем составе три стрелковых корпуса, танковую бригаду, пушечную артиллерийскую бригаду, три гаубичных артиллерийских полка, семь истребительных противотанковых артиллерийских полков, семь горновьючных минометных полков, армейский минометный полк, два полка гвардейских минометов и три инженерные бригады. 19 сентября в состав 1-й гвардейской армии вошел 3-й горнострелковый корпус под командованием генерал-майора А. Я. Веденина.

В дальнейшем события на этом участке фронта развернулись следующим образом. 107-й стрелковый корпус, имея на правом фланге дополнительно введенную в бой 242-ю горнострелковую дивизию 3-го горнострелкового корпуса, 19 сентября в 10 часов утра после артиллерийской подготовки возобновил наступление. В течение дня корпус с упорными боями на фронте 12 км продвинулся вперед от 3 до 5 км. 129-я гвардейская стрелковая дивизия во взаимодействии с частями 242-й горнострелковой дивизии, преодолевая упорное сопротивление врага, овладела сильно укрепленным селом Гурны, что в 6 км от чехословацкой границы. Противник отчаянно сопротивлялся, но советские воины упорно продвигались вперед.

В боях за Гурны героический подвиг совершил командир отделения разведроты 897-го горнострелкового Севастопольского полка 242-й горнострелковой Таманской Краснознаменной дивизии младший сержант Иван Недвижай. 19 сентября во время наступления на село Гурны противник из трех зенитных установок с высоты 576 прямой наводкой шквальным огнем задерживал продвижение стрелковых подразделений. Наши бойцы вынуждены были залечь. Гитлеровцы могли в любую минуту перейти в контратаку. Медлить было нельзя. Подавить зенитные установки противника вызвались девять разведчиков во главе с младшим сержантом И. М. Недвижаем. Рискуя жизнью, под ураганным огнем отважные воины подползли на близкое расстояние к зенитным установкам и завязали гранатный бой с вражескими расчетами. Когда кончились гранаты, младший сержант Недвижай бросился на ствол орудия и схватился за него руками, пытаясь отвести ствол в сторону, но выпущенная из орудия очередь сразила воина. Своим подвигом младший сержант Недвижай обеспечил успешную атаку стрелковых подразделений. Советские воины уничтожили вражеские расчеты и захватили высоту, что сыграло важную роль в овладении селом Гурны. За проявленную отвагу младший сержант Иван Макарович Недвижай был посмертно удостоен звания Героя Советского Союза[59].

Чем ближе продвигались наши войска к Чехословакии, тем ожесточеннее становились бои, тем яростнее сопротивлялся враг. Гитлеровцы понимали, какое значение имел выход Советской Армии на территорию Чехословакии. Главное немецкое командование отдало приказ войскам ни при каких условиях не оставлять позиций в Карпатах. От офицеров и унтер-офицеров была взята «подписка стойкости», которая требовала «драться до последнего солдата, до последнего патрона и не допустить прорыва русских в южном и юго-западном направлениях»[60].

Враг ставил своей целью любой ценой ликвидировать угрозу выхода наших войск на территорию Чехословакии. Массированным артиллерийским и минометным огнем, непрерывными контратаками противник стремился сдержать продвижение наших войск.

Но, несмотря на исключительно упорное сопротивление противника, советские воины продвигались вперед. Действовавшая на правом фланге 107-го стрелкового корпуса 242-я горнострелковая дивизия при поддержке небольшой группы танков 1-го танкового полка в течение дня 19 сентября продвинулась до 4 км в горно-лесистом районе и овладела Дольны, Вислок-Вельке. Но и эти четыре километра дались нам нелегко. Особенно жестокими были бои за Дольны и в районе горы Кичера. Примером умелого управления боем, мужества могут служить действия командира 1-го батальона 900 — го горнострелкового полка капитана Г. Н. Шавлухашвили.
В. Н. Моложаев
Противник, овладев северной окраиной Дольны, вышел на подступы к горе Кичера и, закрепившись на ней, упорно сопротивлялся. Командир батальона не стал штурмовать высоту, а обходом с запада и востока вывел подразделения батальона в тыл противника. Решительными действиями батальон уничтожил вражеский гарнизон, сопротивлявшийся на горе Кичера.

Дальнейшему продвижению батальона мешала сильно укрепленная высота 749. Готовясь к длительной обороне, гитлеровцы отрыли здесь две линии траншей, соединив их ходами сообщения. Передний край был насыщен огневыми средствами, причем огневыми точками в основном кинжального действия в сочетании с фланговыми.

Перед штурмом высоты капитан Шавлухашвили вместе со своим заместителем по политчасти обошел все роты, проверил знание задачи бойцами и офицерами. Беседуя с личным составом, командир и политработник вселяли в воинов твердую уверенность в успешном исходе боя.

Затем комбат поставил задачу старшему лейтенанту Евтушенко: со взводом автоматчиков проникнуть через северные скаты высоты в тыл противника к дороге, что ведет в Дольны, во время атаки вызвать в его рядах панику, дезорганизовать управление и отрезать противнику пути отхода.

В 7 часов батальон Шавлухашвили атаковал высоту одной ротой с фронта, а остальными в обход с флангов по северо-восточным и юго-восточным скатам. К 9 часам 19 сентября батальон почти без потерь овладел двумя линиями траншей противника и вышел на юго-западные скаты высоты.

Отлично выполнили свою задачу и автоматчики во главе со старшим лейтенантом И. М. Евтушенко. Они порвали связь, вызвали панику в тылу врага и оседлали дорогу.

Для преследования отходящих гитлеровцев капитан Шавлухашвили выделил группу автоматчиков, усилив их пулеметами. Он приказал командиру взвода автоматчиков лейтенанту Абросимову на плечах противника выйти на второй оборонительный рубеж. После короткого огневого воздействия и фронтальной атаки автоматчики сбили гитлеровцев с рубежа, дав возможность основным силам овладеть Дольны.

Находясь все время в боевых порядках наступавшего батальона, капитан Шавлухашвили в трудных условиях горно-лесистой местности обеспечил высокую подвижность подразделений в сочетании с охватом, фланговыми ударами и обходами с тыла. Батальон разгромил вражеские гарнизоны в Дольны, Рудавка-Ясьлиска, Ясель, овладел этими населенными пунктами, перешел хребет Бескид и одним из первых вышел на границу Чехословакии.

За пять дней наступления бойцы батальона Шавлухашвили прошли с боями 50 км, истребили 567 вражеских солдат и офицеров, из которых сам капитан Шавлухашвили уничтожил 30 и двух захватил в плен. Отважный офицер был награжден орденом Красного Знамени.

20 сентября 1-я гвардейская армия продолжала наступление. В 7 часов утра после сильного огневого налета 242-я горнострелковая дивизия, прикрывшись одним полком справа на рубеже Суровица, Воля Выжпа, двумя полками перешла в наступление. Несмотря на ожесточенное сопротивление гитлеровцев, советские воины успешно преодолевали узлы сопротивления врага, продвигались вперед по сильно пересеченной горно-лесистой местности, заходили во фланги и тылы противника, громили его живую силу и технику. К 11 часам части дивизии вышли на государственную границу с Чехословакией в районе отметки 823[61].

129-я гвардейская стрелковая дивизия 107-го стрелкового корпуса, так же успешно развивая наступление, преодолела горно-лесистую местность в направлении Видрани и пересекла польско-чехословацкую границу. Особенно отличились в этих боях бойцы и командиры 325-го гвардейского стрелкового полка под командованием майора Н. Д. Алексенко. Полк первым в дивизии вышел на чехословацкую границу.

Противник, занимая господствующую высоту 777 и имея заранее подготовленные укрепления (две линии сплошных траншей полного профиля, проволочные заграждения и минные поля), считал свои позиции неприступными. Командир полка гвардии майор Алексенко принял решение овладеть позициями немцев обходным маневром. В ночь на 19 сентября разведгруппа под командованием старшего лейтенанта Д. К. Селицкого проникла в глубину обороны противника, разведала укрепления и скрытые подступы в расположение врага. Утром батальоны капитанов М. Н. Капелькина и С. М. Мелашенкова, скрытно заняв исходные позиции, после артиллерийской подготовки повели наступление.

Перед батальоном капитана Капелькина стояла задача, используя местность, создать угрозу окружения противника с левого фланга в тот момент, когда батальон капитана Мелашенкова будет вести наступление с фронта.

Этот маневр облегчал успешное выполнение боевой задачи. Батальон капитана Мелашенкова стремительным броском ворвался на высоту, и противник стал поспешно отходить. Не давая врагу опомниться, подразделения полка, используя преимущества горно-лесистой местности, скрытно зашли справа в тыл противнику, который пытался закрепиться на шоссейной дороге Гурны — Чистогорб. Выход наших батальонов в тыл гитлеровцам внес панику в их ряды. Бросив 4 автомашины, 3 бронетранспортера, 6 крупнокалиберных пулеметов и 3 пушки, немцы в беспорядке отступили.

За выход на чехословацкую границу и водружение знамени на Главном Карпатском хребте 325-й гвардейский стрелковый полк был награжден орденом Красного Знамени. Весь личный состав полка получил благодарность от Военного совета фронта. Многие бойцы и командиры, отличившиеся в этом бою, были награждены орденами и медалями.

167-я стрелковая дивизия, продвинувшись в течение дня 20 сентября до 4 км, овладела Должицей. 155-я стрелковая дивизия после сдачи своего боевого участка в районе Жепедзь, Щавне частям И го стрелкового корпуса совершила марш к правому флангу армии в район Вислок-Вельке, Дольны, и, перейдя в наступление в западном направлении в целях взаимодействия с войсками 38-й армии, овладела Суровицей, Мощанецем.

Таким образом, 107-й стрелковый корпус вместе с 242-й горнострелковой дивизией, сломив сопротивление врага на рубеже Дольны, Вислок-Вельке, Чистогорб, в течение двух дней преодолел горно-лесистый участок в районе польско-чехословацкой границы, перешел ее и достиг нового оборонительного рубежа противника на линии Чертижне, Медзилабарце.

Выход правофланговых соединений 1-й гвардейской армии на рубеж Чертижне, Габуре, Боров, Видрань создавал угрозу глубокого прорыва фронта противника на направлении Медзилабарце, Гуменне.

30-й стрелковый корпус в составе 30, 276 и 237-й стрелковых дивизий в течение 19 сентября, отражая многократные контратаки противника на участке 30-й и 276-й стрелковых дивизий, успеха в продвижении не имел. 237-я стрелковая дивизия на правом фланге с переменным успехом вела бои с контратакующим противником, в центре овладела Завузом, левым флангом — Райске. 20 сентября части корпуса сломили сопротивление 168-й пехотной дивизии немцев и в течение дня продвинулись: 30-я стрелковая дивизия — на 4 км, выйдя на линию Хоцень, Жерденка, Береска; 276-я стрелковая дивизия, перегруппировав свои силы к левому флангу, вышла на линию Рыбне, Волковыя; 237-я стрелковая дивизия передовыми отрядами овладела Буковецем, на левом фланге вела упорные бои с контратакующим противником и сохраняла прежнее положение.

В стыке между 107-м и 30-м стрелковыми корпусами вводится в бой на смену 155-й стрелковой дивизии 226-я стрелковая дивизия 11-го стрелкового корпуса.

С 21 сентября 1-я гвардейская армия продолжала наступление на фронте 50 км.

3-й горнострелковый корпус, введенный в бой на правом фланге армии в составе двух дивизий в первом эшелоне и одной — во втором эшелоне[62], встретил возросшее сопротивление противника на рубеже Чертижне, Боров. Противник вводил в бой свежие подразделения и части, напрягал все усилия для того, чтобы задержать наше продвижение вперед, воспрепятствовать выходу на шоссе Чертижне — Боров.

Но части 3-го горнострелкового корпуса не давали противнику задерживаться на промежуточных рубежах. Наличие высот с крутыми скатами, глубокие овраги и густой лес не позволяли врагу организовать сплошную траншейную оборону. Он вынужден был строить оборону отдельными опорными пунктами и узлами сопротивления по высотам, на скатах гор и в населенных пунктах.

Глубокие овраги и ущелья, разделявшие отдельные опорные пункты, образовывали мертвые пространства, не простреливаемые оружием настильного боя. Это позволяло советским воинам широко применять обходный маневр и охват не только отдельными группами и подразделениями, но и целыми полками.

Показательным в этом отношении является маневр частей 128-й гвардейской горнострелковой дивизии 21 сентября 1944 г. в районе Каленова.

Уничтожив мелкие группы прикрытия отходящего противника, дивизия передовым отрядом — 315-м гвардейским горнострелковым Ялтинским полком под командованием подполковника И. А. Костина вышла на западные скаты высоты 652, в 5 км восточнее Каленова. Противник, используя населенный пункт и возвышенности западной окраины Каленова, закрепился и оказывал сопротивление крупными силами.

Командир дивизии гвардии генерал-майор М. И. Колдубов решил обходным маневром двух полков атаковать противника одновременно с севера и востока и таким путем овладеть Каленовом.

В 12 часов 21 сентября 327-й гвардейский горнострелковый Севастопольский полк майора Е. М. Моргуновского, выйдя из-за правого фланга 315-го гвардейского горнострелкового Ялтинского полка, развернулся на рубеже юго-западных скатов высоты 723, начал наступление в направлении высоты 474 и населенного пункта Габуре.

315-й полк, отбив контратаки противника, сковал его на рубеже юго-западнее скатов высоты 652. Затем одним батальоном начал обход села в направлении отметки 425, частью сил другого батальона — с севера в направлении высоты 579. В это время полковая и поддерживающая артиллерия, выдвинув орудия на открытые позиции, начала подавлять огневую систему противника на восточных скатах высоты 579 и отдельные огневые точки в Каленове.

К 12 часам 30 минутам, удачно выполнив обходный маневр, части дивизии взяли под огневое воздействие подход резервов противника с направления Габуре; 315-й полк частью сил отрезал пути отхода противника на Каленов, вторым батальоном вышел к северной окраине этого села, завязал бой и ликвидировал там остатки гарнизона.

Этот маневр дивизии не дал возможности противнику использовать огневую систему, расположенную на восточных склонах высоты 579, рассчитанную на отражение атак с направления высоты 652. Блокированный нашими подразделениями, немецкий 228-й горнострелковый полк 101-й легкопехотной дивизии почти весь был уничтожен, оставшиеся в живых вместе со штабом и командиром полка захвачены в плен.

К исходу дня части дивизии вышли на рубежи: южная окраина Габуре, северная окраина Борова и высота 565. Еще ранее подразделения 900-го полка 242-й горнострелковой дивизии ворвались в Габуре.

Таким образом, бои за овладение шоссе Чертижне — Боров окончились полным поражением противника.

Отбросив остатки его войск за шоссейную дорогу, части 242-й горнострелковой дивизии к 20 часам 21 сентября вышли на новые рубежи.

Столь успешные действия 3-го горнострелкового корпуса и некоторых других соединений 1-й гвардейской армии и особенно выход их на чехословацкую территорию вызвали смятение и гнев в ставке Гитлера. Последовал грозный приказ во что бы то ни стало восстановить положение — отбросить наши войска за чехословацкую границу.

Воспользовавшись отставанием 67-го стрелкового корпуса 38-й армии и стремясь воспрепятствовать дальнейшему развитию наступления войск 3-го горнострелкового корпуса, противник уже 20 сентября начал переброску 1-й танковой дивизии, находившейся до этого перед 38-й армией в районе Дукли, с целью ликвидировать каленовский выступ наших войск и овладеть шоссе Вислок-Вельке — Радошице. Одновременно на участок Габуре, Видрань противник выдвинул 97-ю горнострелковую дивизию, снятую с направления Кельчи (1-й Украинский фронт). Из района южнее Дукли противник перебросил в район Габуре 946-й пехотный полк и 357-й саперный батальон 357-й пехотной дивизии, а также произвел рокировку частей 254-й пехотной и 101-й горнострелковой дивизий в западном направлении на участок Радошице, Команьча, Туржаньск.

Создав сильную ударную группировку, противник сосредоточился в лощинах за обратными скатами и в рощах южнее Поляны Суровичне и 21 сентября контратаковал во фланг части 155-й стрелковой дивизии силами до полка пехоты при поддержке 18 танков и 20 артиллерийских и минометных батарей. Одновременно до батальона пехоты гитлеровцев с 7 танками нанесли удар по левому флангу дивизии. В результате части 155-й дивизии оставили Суровицу, Мощанец и отступили на 2–3 км в северо-восточном направлении на рубеж урочище Вердо[63].

Для ликвидации прорыва противника была введена в бой 318-я горнострелковая Новороссийская дивизия 3-го горнострелкового корпуса под командованием Героя Советского Союза генерал-майора В. Ф. Гладкова. Она успешно прикрыла левый фланг 155-й дивизии и, заняв рубеж отметка 562, южная окраина Мощанец, урочище Ирыска, отразила контратаки противника. Своими решительными действиями 318-я горнострелковая дивизия остановила продвижение противника в юго-восточном направлении и обеспечила устойчивость правого фланга войск 3-го горнострелкового корпуса и войск 1-й гвардейской армии.

Нельзя не отметить своевременную помощь стрелковым частям наших артиллеристов. Переброшенные в район Вислок Дольны 1642, 317 и 4-й гвардейский армейские истребительно-противотанковые полки сыграли исключительно важную роль. Артиллеристы дрались умело и решительно. 4-я батарея 1642-го истребительно-противотанкового полка заняла огневые позиции по скатам высот, примыкавших к шоссейной дороге, а также на северо-западной окраине Вислок Дольны и преградила путь вражеским танкам, стремившимся прорваться в тыл наших войск. Орудийные расчеты батареи в упор расстреливали вражеские танки.

Исключительную стойкость и мужество проявил командир батареи коммунист старший лейтенант А. И. Стоякин. Личным примером он воодушевлял бойцов в трудные минуты боя. Когда расчет одного из орудий почти полностью вышел из строя, стрельбу из пушки продолжал вести командир батареи. Даже будучи тяжело раненным, он подбил две вражеские машины и не оставлял поля боя до тех пор, пока не были отражены все контратаки вражеских танков.

И так было везде. Артиллеристы, вдохновляемые примером коммунистов и комсомольцев, стояли насмерть и не дали прорваться фашистским танкам.

Не добившись успеха, 21 сентября противник перебросил часть сил вновь пополненной 1-й танковой дивизии в район Габуре, Боров и рано утром 22 сентября предпринял с рубежа Чертижне, Видрань несколько ожесточенных контратак силой до двух полков пехоты при поддержке 25 танков и нескольких штурмовых орудий. В контратаках на этом рубеже участвовали также переброшенные с других участков фронта подразделения 97-й горнострелковой и 357-й пехотной дивизий, а также ранее действовавшие на этом направлении пополненные 96-я и 254-я пехотные дивизии[64].

В результате многочисленных ожесточенных контратак превосходящих сил противника части 242-й и 128-й гвардейской горнострелковых дивизий вынуждены были оставить населенные пункты Габуре и Боров.

В этих боях вновь отличились бойцы и командиры 1-го батальона 900-го горнострелкового полка 242-й горнострелковой дивизии, которые несколькими днями ранее захватили гору Кичера, перерезав шоссе Чертижне — Габуре. Стремясь вернуть важную коммуникационную линию, противник 22 сентября, уже в который раз, предпринял яростную контратаку. В этот день враг бросил на штурм высоты до полка пехоты при поддержке 20 тяжелых танков. На высоту обрушился шквал артиллерийского и минометного огня. Гитлеровцы атаковали одновременно с трех направлений. Под давлением численно превосходящих сил противника наши подразделения с тяжелыми боями отходили на северо-восток. На высоте осталось всего шесть советских бойцов во главе с капитаном Шавлухашвили. Здесь же находился и заместитель командира полка подполковник А. И. Демин. Личным примером офицеры воодушевляли бойцов.

Гитлеровцы, подвергнув высоту массированным ударам артиллерии, уже предвкушали победу. Но на высоте их ожидал расчет станкового пулемета сержанта М. М. Сиякоева. Подпустив врага на близкое расстояние, рядовой Н. П. Андрюшенко открыл губительный пулеметный огонь. Тогда немецкие танки стали бить из пушек. Был ранен подносчик патронов комсомолец рядовой С. В. Достовалов. Он сказал командиру: «Выдержу, мы ведь русские». Через некоторое время воин пал смертью героя. Сержант Сиякоев и рядовой Андрюшенко вдвоем продолжали отражать контратаки противника. К вечеру им на помощь пришла рота во главе с лейтенантом А. А. Пищулиным.

Решительным ударом враг был окончательно отброшен. На склонах горы Кичера осталось 120 вражеских трупов.

За героизм и отвагу сержант Сиякоев и рядовой Андрюшенко были награждены орденом Красного Знамени, а рядовой Достовалов посмертно удостоен звания Героя Советского Союза.

В этом бою погиб подполковник А. И. Демин. За личное мужество п умелое управление боем Демину было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза[65].

О напряженности и ожесточенности боев корпуса свидетельствует тот факт, что только за один день 22 сентября противник потерял убитыми и ранеными до 1000 солдат и офицеров, 18 танков, 4 самоходных орудия, 3 бронетранспортера, несколько десятков орудий, минометов и большое количество пулеметов. В течение дня войска корпуса отбили 16 вражеских атак[66].

В ночь на 23 сентября немецко-фашистские войска перегруппировали свои силы. Сосредоточив на рубеже Чертижне, Видрань несколько частей (до пехотной дивизии), около 40 танков и штурмовых орудий, противник нанес мощный артиллерийский удар по нашим войскам и с утра 23 сентября возобновил контратаки, пытаясь отбросить наши части за чехословацко-польскую границу.

Понеся большие потери и не достигнув намеченной цели, противник с 25 сентября значительно ослабил свою активность и спешно начал укреплять рубеж Чертижне, Медзилабарце.

25 сентября после непродолжительной артиллерийской подготовки части корпуса перешли в наступление и, ведя тяжелые бои с контратакующим противником, к исходу 29 сентября овладели населенными пунктами Габуре, Боров, Видрань[67].

Положение обеих сторон временно стабилизировалось.

Следует отметить, что развитие успехов 3-го горнострелкового корпуса в этот период значительно осложнялось необходимостью прикрывать на значительном расстоянии правый фланг корпуса, который являлся и правым флангом фронта.

В этих боях отличились воины 327-го гвардейского горнострелкового Севастопольского ордена Богдана Хмельницкого полка, которым командовал полковник М. Г. Шульга. В районе сел Збой и Дубровки противник имел сильно укрепленный оборонительный узел. Взломать оборону было поручено роте под командованием капитана М. И. Пузанкова. Разбив роту на три группы, Пузанков решил действовать обходным маневром. Командуя одной из групп, которая вела наступление с фронта, Пузанков вызвал огонь вражеских пулеметчиков на себя. Тем временем две остальные группы, обойдя гитлеровцев с тыла, начали расстреливать их в упор. Через несколько минут слева по фронту в укрепление врага ворвалась группа автоматчиков под командованием сержанта В. Н. Головань. Они перебили растерявшихся гитлеровцев и захватили ценные документы.
В. Н. Головань
Однако враг никак не мог примириться с поражением. Подтянув свежие силы, гитлеровцы предприняли яростные контратаки, стремясь восстановить положение. Наши воины сражались храбро и не отступили ни на шаг.

Группа воинов под командованием старшего сержанта Джумана Каракулова, выбив немцев из опорного пункта под селом Збой, развернула трофейное орудие и открыла огонь по отступавшему врагу. Через несколько дней Джуман Каракулов геройски погиб, повторив подвиг Александра Матросова. Указом Президиума Верховного Совета СССР ему посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза. За мужество и отвагу, проявленные в боях, старший сержант В. Н. Головань также удостоен звания Героя Советского Союза.

Как показывает ход боевых действий, попытка противника с помощью перегруппированных в этот район двух новых дивизий в полном составе и отдельных подразделений двух других дивизий отбросить наши войска за основной Карпатский хребет на участке Габуре, Видрань успехом не увенчалась. Однако это позволило ему задержать дальнейшее продвижение наших войск.

За время наступления с 19 по 25 сентября соединения 3-го горнострелкового корпуса, преодолев Карпаты (Восточные Бескиды), первыми вышли на территорию Чехословакии, освободили 12 населенных пунктов и одну железнодорожную станцию; уничтожили свыше 30 вражеских танков, 60 орудий, до 100 пулеметов, большое количество многоствольных минометов и много другой боевой техники; захватили 3 склада с боеприпасами и военным снаряжением, много автотягачей и автомашин; взяли в плен 400 солдат и офицеров.

Гитлеровцы потеряли убитыми и ранеными 6000 солдат и офицеров[68].

За преодоление Главного Карпатского хребта, овладение Дупковским, Русским и другими перевалами и выход первыми на территорию Чехословакии приказом Верховного Главнокомандования всему личному составу была объявлена благодарность, а корпусу присвоено почетное боевое наименование Карпатского[69].

Весть о вступлении Советской Армии на территорию Чехословакии быстро облетела весь фронт. В расположение наших частей стали приходить чехи и словаки. Встречи чехословацких воинов с нашими воинами, первыми вышедшими на их родную землю, превращались в настоящее торжество. Чехи и словаки обнимали наших бойцов и командиров, целовали родную землю, набирая ее в носовые платки и пряча в карманы шинелей. Сами собой вспыхивали митинги.

Не менее трогательными и незабываемыми были встречи советских воинов с мирным населением Чехословакии. Простые люди с нетерпением и искренней надеждой ждали прихода Красной Армии и радостно встречали ее. Многие из местных жителей старались помочь Советской Армии в борьбе с общим врагом — гитлеровскими захватчиками.

Еще до выхода 1-го батальона 900-го горнострелкового полка на чехословацкую территорию в ночь на 20 сентября в боевое охранение батальона пришли двое пожилых местных жителей и попросили отвести их к старшему начальнику. Их отвели к командиру батальона капитану Шавлухашвили. Это были чехословацкие граждане Ян Вацлавек и Юлий Мулек. Они предложили свои услуги в качестве проводников, чтобы провести наши подразделения и части в немецкие тылы самыми кратчайшими и безопасными, только им известными путями. После обстоятельной беседы Шавлухашвили убедился в их искренности и преданности. И не ошибся. Ян Вацлавек и Юлий Мулек оказали большую помощь не только батальону, но и корпусу. Прекрасным проводником-добровольцем был также крестьянин села Шерба Андрей Бобек. Он оказал огромную услугу не только войскам нашего корпуса, но и соседней 38-й армии, штурмовавшей Дуклинский перевал.

Гитлеровские оккупанты пытались превратить чехословацких трудящихся в рабов. Немало семей было угнано в Германию, многие из тех, кто оказывал сопротивление, были уничтожены. Некоторые, спасаясь, убегали в леса. Способные носить оружие вливались в партизанские отряды.

С приходом Красной Армии жители возвращались из лесов в села и часто оказывались у пепелищ. В селе Крайня Черна 67-летний старик Иван Кривко, увидев советских воинов, подошел к ним, снял широкополую крысаню (шляпу) и низко поклонился, потом каждого поцеловал и пригласил к дому. У дома, вытирая слезы рукавом дырявого жупана, он рассказал: «Вот я стою у дома моего брата. Моего дома уже нет. Враги спалили его. Я вырвался из толпы угоняемых в Германию жителей и после голодной жизни в лесах вернулся в родное село. Моих детей и внуков угнали фашисты. Забрали весь хлеб и скот. Но чует мое сердце, что вы спасете моих детей и внуков. Я хочу, чтобы мои внуки были такими же храбрыми и добрыми, как ваши красноармейцы».

Население освобожденной территории помогало Красной Армии. Многие шли добровольцами в чехословацкий корпус. Местные жители вызывались быть проводниками, разведчиками, показывали заминированные места.

Советские воины в свою очередь тоже помогали населению. Оказывали медицинскую помощь больным, снабжали медикаментами, помогали восстанавливать разрушенные дома и т. д.

Наступление советских войск продолжалось. Оно проходило в чрезвычайно тяжелых условиях. К трудностям наступательного боя в горно-лесистой местности добавилось резкое ухудшение погоды: густые туманы, сплошная низкая облачность, непрерывные дожди. Дороги стали почти непроходимыми.

Сопротивление противника все возрастало. Это объяснялось его стремлением во что бы то ни стало отбросить войска правого фланга нашего фронта за границу, не допустить выхода наших войск на остальном протяжении фронта к границе, удержать за собой перевалы и дороги. Однако советские воины упорно продвигались вперед, в жестоких боях отбивая у врага территорию.

На основном направлении 107-й стрелковый корпус имел 129-ю гвардейскую и 167-ю стрелковые дивизии. К 20 сентября он получил усиление — 1642-й истребительно-противотанковый полк — и должен был действовать в направлении Радошицкого перевала. Ведя боевые действия, корпус в течение 21 сентября своим правым флангом продвинулся на 1 км, а левым подошел к Команьча и завязал бои на его окраине.

В течение последующих трех дней 129-я гвардейская и 167-я стрелковые дивизии 107-го стрелкового корпуса, ведя непрерывные бои с контратакующим противником, успеха не имели и только 25 сентября, в значительной мере благодаря действиям соседней 271-й стрелковой дивизии 11-го корпуса, 167-я стрелковая дивизия продвинулась до 2 км и овладела Радошице. В ночь на 26 сентября, передав свой участок 226-й стрелковой дивизии, части корпуса отошли во второй эшелон. 129-я гвардейская стрелковая дивизия вошла в резерв фронта.

11-й стрелковый корпус, усиленный с 20 сентября двумя горновьючными минометными полками, двумя дивизионами 24-й артиллерийской бригады, 805-м гаубичным артиллерийским полком, 5-м горноминометным полком и артиллерийским полком 141-й стрелковой дивизии, был введен в бой 21 сентября в стыке 107-го и 30-го стрелковых корпусов на участке Жепедзь, Кальница в составе 226-й и 271-й стрелковых дивизий. В течение дня корпус, отбив три контратаки противника из района Туржаньска, продвинулся от 1 до 3 км и овладел Туржаньском и Каменками.

На другой день 226-я стрелковая дивизия ввиду упорного сопротивления противника на дороге Щавне — Радошице оставила в районе Турне один полк, а двумя другими полками обходным путем через Яворник вышла в Чистогорб и повела наступление на Команьчу, имея задачу овладеть ею и отрезать части противника, упорно оборонявшиеся на дороге в районе Турне. В результате двухдневных боев дивизия 24 сентября овладела Команьчой, и, очистив весь район Команьча, Турне от противника, вышла из боя, и направилась к правому флангу 107-го стрелкового корпуса для смены 129-й гвардейской стрелковой дивизии.

226-я стрелковая дивизия, наступая по долине реки Ослава и преодолевая горно-лесистый район южнее Туржаньска, к исходу дня овладела Прелуками и высотой 779. Выдвинувшиеся вперед в район Душатына два батальона этой дивизии в результате сильных контратак противника с направления Радошице и из района южнее Каменок оказались отрезанными от основных сил дивизии и в течение 23 сентября вели бой в окружении в лесном районе северо-восточнее Душатына. Попытки основных сил дивизии выйти на помощь окруженным батальонам 23 сентября ввиду упорного сопротивления противника успехом не увенчались. И только на следующий день 271-я стрелковая дивизия под командованием генерал-майора В. Н. Моложаева в результате упорного боя, вновь овладев Прелуками и сбив противника с высот южнее Каменок, вышла в район Душатына, где и соединилась с окруженными батальонами 226-й стрелковой дивизии. Продолжая преследование разбитого в районе Душатына противника, дивизия к исходу 25 сентября овладела Ославицей, пройдя за день около 6 км по горно-лесистой местности.

Дальнейшее наступление 11-го стрелкового корпуса в составе 226-й и 271-й стрелковых дивизий осуществлялось на фронте до 18 км на подступах к Главному Карпатскому хребту в направлении Радошицкого и Лупковского перевалов. При этом основные усилия корпуса сосредоточивались на его флангах в обход обоих перевалов.

Противник, придавая исключительное значение перевалу в районе шоссе Радошице — Гуменне, заранее оборудовал этот рубеж в инженерном отношении, оседлав шоссе укреплениями на самом перевале. Оборона была построена следующим образом. Юго-западнее Радошице пролегала линия траншей с выносными пулеметными площадками и примкнутыми стрелковыми ячейками. Фланги траншей упирались в крутые скаты соседних высот, поросших густым лесом. По обеим сторонам дороги, в непосредственной близости от траншей, были установлены по два пулеметных дзота, которые контролировали выходы из Радошице и фланговым огнем простреливали все инженерные заграждения, расположенные перед передним краем.

Этот рубеж являлся усиленным боевым охранением, прикрывавшим подступы к главному опорному пункту, расположенному непосредственно по склонам перевала. В главном опорном пункте было возведено большое количество стрелковых окопов, пулеметных и артиллерийских площадок. Огнем из этих сооружений простреливалась вся впередилежащая местность.

Все сооружения соединялись между собой развитой сетью ходов сообщения. Правый фланг опорного пункта упирался в танконедоступный склон. Используя крутые берега безымянного ручья, противник возвел эскарп и усилил его деревянными барьерами-стенками.

Для лучшего обстрела и обзора впередилежащей местности лес на глубину 100–150 м был вырублен. Перед окопами установлены проволочные заграждения в один ряд кольев. Вдоль дороги — противотанковые минные ноля. Ходы сообщения уходили за обратный скат к блиндажам и землянкам. Все подступы были пристреляны артиллерийско-минометным огнем, мосты и отдельные участки дорог подготовлены к взрыву.

В течение 26 и 27 сентября 226-я стрелковая дивизия вышла на шоссе Видрань — Радошице. Дальше продвинуться она не смогла: противник, стремясь удержать дорогу в районе южнее Медзилабарце, оказывал упорное сопротивление и неоднократно переходил в контратаки.

Враг стремился любой ценой воспрепятствовать продвижению наших войск на правом фланге и особенно сильное сопротивление оказывал на подступах к Медзилабарце. Этот пункт имел очень важное значение для противника. Расположенный в лощине и скрытый от наземного наблюдения, он являлся удобным местом подхода железнодорожных эшелонов с живой силой и техникой прямо к станции, хотя станция находилась всего в 2 км от района боевых действий.

И все же выход 226-й стрелковой дивизии на дорогу Видрань — Радошице в обход Радошицкого перевала позволил пулеметному батальону 113-го стрелкового полка, принявшему в ночь на 26 сентября боевой участок 167-й стрелковой дивизии, овладеть перевалом и подойти к Палоте.

271-я стрелковая дивизия, продвигаясь вперед, овладела станцией Нов. Лупкув и населенным пунктом Воля Михова. 29 сентября, сосредоточив усилия на левом фланге, дивизия начала наступать в направлении на Зубеньско, но успеха не имела. И лишь в последующих боях части 11-го стрелкового корпуса подошли к Главному Карпатскому хребту и преодолели его.

30-й стрелковый корпус в составе 30, 237 и 276-й стрелковых дивизий наступал на юго-запад в общем направлении на перевал Русский в полосе до 22 км, имея все три дивизии в первой линии. Корпусу противостояло вначале до двух вражеских пехотных дивизий. Весь период боев характеризовался тем, что противник, ослабленный на данном направлении переброской сил к нашему правому флангу, под ударами частей корпуса медленно отходил к Главному Карпатскому хребту, оказывая сопротивление на всех выгодных в тактическом отношении высотах, дорогах, долинах рек и в населенных пунктах.

30-я стрелковая дивизия несколько отставала от других соединений корпуса. В течение 21–25 сентября она продвинулась до 15 км, овладела м. Балигруд и к исходу 25 сентября вышла на рубеж Рабе, Яблонки.

276-я стрелковая дивизия ввиду некоторого отставания 30-й стрелковой дивизии выделила часть сил для прикрытия своего правого фланга, а двумя полками наступала в южном направлении вдоль левого берега реки Солинка. Преодолевая упорное сопротивление врага и отражая его контратаки, дивизия к 25 сентября продвинулась на 9–10 км, овладела городом Ясеник и подошла к дороге Балигруд — Цисна.

Большего успеха в эти дни добилась 237-я стрелковая дивизия. Наступая вдоль левого берега реки Сан в южном направлении, части дивизии в течение 21 сентября одним полком овладели Завузом, продвинувшись до 5 км, вторым полком вели бой с контратакующим противником силою до полка пехоты в районе Райске, имея третий полк во втором эшелоне. На следующий день дивизия, прикрываясь одним полком по реке Сан на участке Завуз, Райске фронтом на восток, двумя полками продвинулась до 4 км. В течение последующих трех дней части дивизии продвинулись до 5 км и вышли на линию Должица, Пшислуп, Смерек, перерезав единственную в этом горном районе рокадную дорогу Цисна — Ветлина.

На пути 1-й гвардейской армии был перевал Русский. В системе обороны противника в Карпатах значение Русского перевала было исключительно велико. Захват перевала нашими войсками облегчал выход на территорию Чехословакии, обеспечивал более удобное и быстрое маневрирование войсками вдоль фронта, давал армии шоссейную магистраль огромной важности, увеличивал возможность выхода на фланги противника и на равнину.

Учитывая это, противник в целях удержания перевала построил сильно укрепленную оборону.

Обстановка вынуждала действовать в обход Русского перевала. Командующий армией приказал 30-му стрелковому корпусу сосредоточенным ударом силами 276-й и 237-й стрелковых дивизий с утра 26 сентября действовать в направлении Смерек, Рунина, Тополя и к исходу дня выйти в район Рунины, а одним полком 276-й стрелковой дивизии содействовать 30-й стрелковой дивизии в овладении Цисной. 30-й стрелковой дивизии предстояло овладеть Цисной и дальше развивать наступление в направлении Солинки[70].

В период с 26 по 30 сентября войска 1-й гвардейской армии вели исключительно напряженные бои. Действия наших войск осложнились резким ухудшением погоды. Густые осенние туманы по утрам и вечерам, сплошная низкая облачность, непрерывные дожди крайне затрудняли работу транспорта. В то же время из-за усилившегося сопротивления противника расход боеприпасов намного увеличился. Артиллеристам и минометчикам требовалось все больше снарядов и мин, а единственным средством доставки боеприпасов был гужевой и вьючный транспорт. Можно представить, насколько напряженным был труд войсковых хозяйственников, какая четкая и бесперебойная работа требовалась от них.
Карпаты. Саперы под командованием сержанта А. Крылова разминируют подступы к высоте
Укрепления противника на линии Арпада
Части 30-го корпуса в течение 26 и 27 сентября вышли к главному хребту на фронте свыше 20 км. При этом 30-я стрелковая дивизия, следуя в основном по пешеходным тропам и вдоль них, подошла к главному хребту на участке Солинка, высота 1017. 276-я стрелковая дивизия, овладев Цисной, наступала вдоль шоссе Цисна — Руске и подошла к Русскому перевалу. 237-я стрелковая дивизия, действуя в основном вне дорог, к исходу 27 сентября преодолела главный хребет на участке высот 1190 и 1157 и овладела Руниной.

В целях ликвидации угрозы прорыва советских войск в районе Русского перевала противник продолжал спешно усиливать это направление. В течение двух дней он перебросил с участка 18-й армии в район Вельке Поляна, Руске части 100-й и 101-й легкопехотных дивизий. Во второй половине 27 сентября силой свыше полка пехоты противник при поддержке артиллерии и минометов контратаковал подразделения 237-й стрелковой дивизии в Рунине, выбил их оттуда и овладел еще несколькими высотами. Контратаки противника предпринимались и на других участках этого направления, но оказались безуспешными. 28 сентября в стыке между 276-й и 237-й стрелковыми дивизиями была введена в бой 141-я стрелковая дивизия. Она преодолела главный хребет в районе высот 1015 и 1163, но дальше продвинуться не смогла, так как встретила сильные контратаки противника. Ожесточенное сопротивление врага встретила и 276-я стрелковая дивизия, которая 30 сентября подошла к Вельке Поляна.

В боях за Вельке Поляна проявили высокую стойкость, мужество и героизм танкисты 5-й гвардейской Новороссийской танковой бригады, которой командовал полковник И. М. Морус.
Словацкое национальное восстание. Бойцы чехословацко-советского партизанского отряда
Словакия. Малая Фатра
Гвардейцы-танкисты, воевавшие в горных условиях еще на Кавказе, действовали самоотверженно.

В боях 28–29 сентября, защищая высоту 995, исключительную стойкость и героизм проявила отдельная учебная рота 276-й стрелковой дивизии под командованием капитана В. И. Джанкарашвили. Командир дивизии приказал капитану Джанкарашвили захватить высоту 995 и укрепиться на ней, чтобы не пропустить ни одного вражеского солдата, так как прорыв противника в этом направлении мог бы повлечь за собой окружение двух полков, находившихся впереди. С ротой курсантов в составе 49 человек капитан Джанкарашвили занял высоту.

В ночь на 29 сентября противник предпринял контратаку с расчетом отбить высоту. Группа гитлеровцев в количестве около 60 человек была полностью уничтожена бойцами учебной роты. Через два часа противник предпринял новую контратаку, в которой участвовало также до 60 человек. Но и эта атака была отражена. В роте осталось всего 12 курсантов. Ночью противник предпринял еще две атаки, которые были также отбиты.
И. М. Морус
На другой день гитлеровцы, потеснив на соседнем участке одно из подразделений, зашли во фланг учебной роте и открыли по ней сильный минометный и пулеметный огонь. К этому времени в роте оставалось всего 7 человек. Под напором противника капитан Джанкарашвили вынужден был отвести оставшуюся группу на противоположный скат. Он сам лег за станковый пулемет, а потом вместе с комсоргом роты старшим сержантом Гончаренко повел группу в атаку. Противник был снова выбит с высоты. В этом бою капитан Джанкарашвили был ранен. Один из бойцов донес его до землянки. Офицер доложил по телефону командиру дивизии: «Положение восстановлено, высота наша».

Когда подошло подкрепление, на поле боя обнаружили 60 трупов гитлеровцев. За геройство, проявленное в бою, капитан Джанкарашвили был награжден орденом Красного Знамени. Все остальные защитники высоты 995 также были представлены к правительственным наградам.

Отважно сражался с врагом рядовой С. М. Полулих. В одном из боев, будучи раненным, он не оставил поля боя. Фашисты захватили Полулиха в плен. Они истязали его, добиваясь сведений о численности и расположении наших войск. Верный присяге, комсомолец Полулих молчал. Тогда враги облили его керосином и заживо сожгли.

Этот факт стал известен после занятия района нашими воинами. Дивизионная газета «Во славу Родины» напечатала статью, в которой рассказывалось о бессмертном подвиге комсомольца Полулиха. Этому же были посвящены боевые листки и листовки «Передай по цепи». В них говорилось о том, как бесстрашный комсомолец принял мученическую смерть, но не выдал врагу военной тайны. Политработники в частях и соединениях дивизии провели короткие митинги. На могиле комсомольца Полулиха бойцы поклялись отомстить врагу за смерть героя.

В итоге 22-дневного наступления 1-я гвардейская армия, начав наступление на правом фланге на узком участке фронта силами одного стрелкового корпуса и расширяя затем фронт в сторону левого фланга вводом в действие новых соединений, в трудных условиях Карпат с боями прошла от 35 до 50 км и вышла к Главному Карпатскому хребту на фронте в 50 км, а на правом фланге прошла линию главного хребта. За это время войска армии разгромили 96-ю пехотную дивизию и нанесли серьезные потери ряду других дивизий противника. Это наступление представляло собой непрерывную цепь ожесточенных боев, тяжелое прогрызание обороны противника.

Немецко-фашистское командование, пытаясь остановить продвижение войск 1-й гвардейской армии, перебросило в район боевых действий не только тактические резервы, но и некоторые части с других участков фронта. Наступление армии было приостановлено, однако привлечение новых сил противника на участок 1-й гвардейской армии облегчило действия 18-й армии. К концу сентября и она вышла к главному хребту. В этом один из важных итогов наступательных боев 1-й гвардейской армии.

Большие трудности, обусловившие неполное выполнение задач войсками 1-й гвардейской армии, сводились в основном к следующему.

Во-первых, противник, непрерывно подбрасывая в район боев свежие силы из резерва и с соседних участков, уплотняя свои боевые порядки, оказывал сильное сопротивление. Горный рельеф местности значительно облегчил врагу организацию обороны на всех промежуточных рубежах. Выбитый с одного опорного пункта, противник отходил на следующий хребет или высоту, быстро приспосабливал их к обороне и снова продолжал упорно сопротивляться. Условия местности и упорное сопротивление неприятеля составляли главную причину медленного темпа наступления.

Во-вторых, наша артиллерия в ходе всего наступления после прорыва обороны противника не смогла создать необходимой плотности огня. Несмотря на усиление артиллерией стрелковых дивизий, составлявшее в среднем от одного до трех артиллерийских и минометных полков на дивизию первого эшелона, фактическая плотность и интенсивность артиллерийского огня были невысокими по той причине, что значительная часть артиллерии систематически отставала от боевых порядков пехоты или вынуждена была вести огонь с дальних дистанций. Ввиду того что условия местности затрудняли маневр артиллерии, с боевыми порядками пехоты следовали полковая артиллерия, минометные полки, отдельные батареи противотанковых и дивизионных артиллерийских полков, но и эти системы для выдвижения их на огневые позиции требовали много усилий и длительного времени.

Немаловажное влияние на интенсивность артиллерийского огня оказывал и жесткий лимит снарядов, подвоз которых в горных условиях был сопряжен с большими трудностями. Фактический среднесуточный расход снарядов и мин был очень низким.

Действия танков и самоходных артиллерийских установок (всего до 90 единиц) также были ограничены условиями местности. Они в основном использовались небольшими группами и значительного тактического эффекта дать не могли. Более массированное применение танков не представлялось возможным.

2

Наступление 18-й армии

(Схема 6)

Успешное наступление 1-й гвардейской армии в период 9–30 сентября привело к значительной перегруппировке войск противника перед всем 4-м Украинским фронтом, в результате чего силы противника перед 18-й армией были несколько ослаблены. Учтя это, командующий фронтом 17 сентября поставил 18-й армии частную задачу: силами двух правофланговых стрелковых дивизий наступать в общем направлении на Чарну, Ступосяны.

По оперативной директиве фронта от 20 сентября 18-я армия с прежними средствами усиления силами трех стрелковых дивизий с рубежа Чарна, Быстре должна была перейти в наступление в направлении Лютовиска, Смольник, Ступосяны, Устшики-Гурне и далее в направлении Улич, Убля. К исходу 23 сентября армия должна была выйти к Главному Карпатскому хребту, а к исходу 25 сентября преодолеть его и достигнуть района Улич, Вельке Березне, Кострина. Одна стрелковая дивизия, наступая в направлении Ужокского перевала, должна была к исходу 23 сентября пересечь шоссе в районе Туречки, а затем действовать на направлении главного удара. Остальные две стрелковые дивизии переходили в наступление на участке фронта от Стжилки до Зелены после выхода главных сил армии на рубеж шоссе Турка — Ужок.

К 18 сентября 18-я армия, занимая по фронту 170 км, имела в своем составе 18-й гвардейский и 95-й стрелковые корпуса (шесть стрелковых дивизий) и средства усиления: одну пушечную артиллерийскую бригаду, два истребительных противотанковых полка, два горновьючных минометных полка и одну инженерно-саперную бригаду.

Всего в 18-й армии было 29 300 человек, 241 орудие среднего и крупного калибра, 124 противотанковых орудия, 298 минометов, 1032 пулемета. Армии противостояли пять пехотных дивизий венгров и одна легкопехотная дивизия немцев. Противник имел против 18-й армии 36100 человек, 208 орудий среднего и крупного калибра, 146 противотанковых орудий, 251 миномет и 1240 пулеметов[71]. Таким образом, противник превосходил наши войска в людях, пулеметах и незначительно уступал в артиллерии.

После сосредоточения к 20 сентября на правом фланге армии 18-го гвардейского стрелкового корпуса под командованием генерал-майора И. М. Афонина (четыре дивизии) и всех средств усиления здесь было достигнуто полуторное превосходство в людях и артиллерии. Это и обеспечило успех последующих действий. Весь остальной фронт протяженностью 150 км прикрывали две дивизии 95-го стрелкового корпуса.

18 сентября подразделения 565-го стрелкового полка 161-й стрелковой дивизии (дивизией командовал полковник В. И. Новожилов) начали наступление. Полк с ходу овладел населенным пунктом Штайнфельс. На другой день наступление на этом участке расширилось. Оборонявшийся здесь пехотный полк 6-й пехотной дивизии венгров отходил в южном направлении. 20 сентября наступление осуществлялось двумя полками 161-й стрелковой дивизии, которые, действуя на фронте до 12 км, продвинулись вперед до 6 км и вышли на линию Чарна, Мшанец.

К утру 21 сентября три другие дивизии, предназначенные для наступления, были сосредоточены на правом фланге 18-й армии, 317-я стрелковая дивизия — в районе Чарны в готовности нанести удар в направлении Лютовиски. 66-я гвардейская стрелковая дивизия под командованием генерал-майора С. Ф. Фролова сосредоточилась в районе Рябе, Жолобек (4 км севернее Чарны), где вошла в оперативное подчинение командира 18-го гвардейского стрелкового корпуса. 151-я стрелковая дивизия сосредоточивалась в район Стжилки для наступления в направлении Головецко, Ломна, Боберка.
Н. В. Ляпин
Противник, чувствуя угрозу наступления наших войск в направлении Чарна, Лютовиска, усилил этот участок фронта. 19 и 20 сентября он перебросил в район Чарны подразделения 101-й горнострелковой дивизии. Вместе с находившейся здесь 6-й пехотной дивизией венгров 21–23 сентября они оказали сильное огневое сопротивление. Всего перед фронтом 18-го гвардейского стрелкового корпуса было отмечено действие одиннадцати артиллерийских и шести минометных батарей противника. В силу этого введенная из-за правого фланга армии с утра 21 сентября 317-я стрелковая дивизия в течение первого дня продвинулась всего на 1–2 км и подошла к хребту Остре. В последующие два дня дивизия в упорных боях продвинулась еще на 1–1,5 км и во взаимодействии с 66-й гвардейской стрелковой дивизией окончательно сломила сопротивление противника в лесу южнее Чарны.

161-я стрелковая дивизия, действуя всеми тремя полками в первой линии, в течение 21 сентября продвинулась на 2–4 км, а на следующий день обходным маневром одного полка с востока овладела горой Магура-Ломнянска. 23 сентября, продолжая отражать контратаки противника и развивая наступление, дивизия овладела Быстре, Днестшик-Головецки, Головецко.

Здесь следует подробнее рассказать о боевых действиях частей 161-й стрелковой дивизии по овладению горой Магура-Ломнянска (высота 1024). Эта гора представляет собой горную гряду, вытянутую с северо-запада на юго-восток протяженностью до 7 км. Она господствует над местностью. С ее вершины просматривались все склоны соседних высот, дороги, долины, населенные пункты, особенно на север и северо-восток. В этом направлении в хорошую погоду при ясной видимости легко различаются Хыров и Самбор (до 30 км).

Упираясь одной стороной в Мшанец, другой — в Ломну, гора Магура-Ломнянска своим массивом запирает выход дорогам, пролегающим в долинах рек Мшанец и Днестр и ведущим на основную магистраль Турка — Ужгород.

Используя тактические выгоды высоты, противник возвел здесь многоярусную систему инженерных сооружений и заграждений, представлявших в комплексе сильный узел сопротивления. На склонах, обращенных на северо-восток, были оборудованы стрелковые окопы и отдельные ячейки, площадки для огневых позиций минометов и легких орудий. Все преодолимые подступы к вершине были минированы. У каждого стрелкового окопа имелся большой запас фаустпатронов, которые применялись как гранаты против пехоты. Каменистый грунт склонов у подошвы высоты способствовал эффективному использованию этого оружия, предназначенного в основном для борьбы с танками.

Артиллерия тяжелых калибров и противотанковые орудия запирали огнем узкие выходы по правую и левую стороны высоты. Дороги, ведущие в Турку, из Мшанец на Быстре и из Днестшик-Головецки на Ломну, подвергались непрерывному артиллерийскому обстрелу.

Противник придавал важное значение удержанию горы Магура-Ломнянска. Поэтому гарнизон высоты — до полка венгров — был усилен батальоном 101-й горнострелковой дивизии немцев и штурмовым отрядом егерей 100-й легкопехотной дивизии.

Части 161-й стрелковой дивизии, нанеся противнику большие потери в районе Бандрив Коленя, Галювка, Пшениц, с ходу повели наступление на высоту. Командир дивизии принял решение демонстрировать фронтальный удар 565-го стрелкового полка из Завадки, ложный обходный удар 569-м стрелковым полком из Гронзевы (северная), складками северо-восточных скатов направил в глубокий обход 575-й стрелковый полк. Из Гронзевы (южная) полк должен был скрытно выйти на юго-восточные скаты горы Магура-Ломнянска и овладеть соседней вершиной с отметкой 1017.

Для свободы маневра необходимо было очистить от противника Гронзеву (северная) и Гронзеву (южная). Это оказалось нелегким делом, так как оба населенных пункта находились под сильным вражеским огнем. Только после того как гитлеровцы были выбиты из Гронзевы силами 569-го и 575-го стрелковых полков, стало возможным осуществить задуманный маневр.

За двое суток непрерывного боя 565-му стрелковому полку удалось оттеснить противника с северо-восточных скатов горы Магура-Ломнянска и закрепиться на них, а одному батальону 569-го стрелкового полка выйти на юго-западную опушку леса в 600 м от горы Магура-Ломнянска.

Враг предпринял 13 ожесточенных контратак, пытаясь сбросить части дивизии с вершины высоты. Для этого был брошен испытанный в штурмах и отличившийся в боях южнее Коломыя отряд егерей 100-й легкопехотной дивизии немцев, вооруженный облегченными ручными пулеметами.

Все контратаки были отбиты с большими для противника потерями. В последних контратаках гитлеровцы прибегли к своему излюбленному методу: вперед выдвигали венгров и гнали их в атаку под пулеметами.

Устойчивости подразделений, занявших северо-западные и северо-восточные скаты высоты, способствовало четкое взаимодействие с артиллерией. Бойцы прочно врылись в землю, умело использовав инженерные сооружения гитлеровцев.

Приковав внимание противника к скатам в направлении Завадки и Гронзевы (северная), командир дивизии предпринял обход 575-м стрелковым полком с юго-восточных скатов высоты.

Ночью полк скрытно, без боя, занял соседнюю вершину 1017. Утром, пользуясь дымкой, подразделения 575-го стрелкового полка атаковали гарнизон высоты. Неожиданный удар с тыла ошеломил противника. Завязался гранатный бой. Бросая окопы, немцы и венгры пытались выйти из-под удара мелкими группами, но всюду их настигал огонь подразделений наших полков.

У метеорологической вышки, где рукопашный бой принял особенно ожесточенный характер, осталось до 200 трупов солдат и офицеров противника. Всего враг потерял на высоте до 400 солдат и офицеров убитыми и ранеными, в том числе до двух рот гитлеровцев. Были взяты пленные и трофеи.

Выход 575-го стрелкового полка в тыл гарнизона на высоте 1017 решил исход боя за гору Магура-Ломнянска. С потерей этой высоты гитлеровцы не в состоянии были удержать населенные пункты, расположенные южнее и юго-западнее, и под ударами частей армии стали отходить на юг и юго-запад. Теперь 18-й гвардейский стрелковый корпус получил возможность развивать успех в более высоких темпах.

66-я гвардейская стрелковая дивизия была введена в бой из-за правого фланга 317-й стрелковой дивизии в направлении Ольховец к реке Сан. С наступлением темноты 21 сентября один усиленный батальон этой дивизии повел наступление в направлении Поляны и в течение ночи, преодолевая сопротивление противника, продвинулся до 4 км, овладев тремя населенными пунктами. С утра 22 сентября, введя в бой еще два полка, дивизия обошла опорный пункт противника в лесу восточнее Росолина и, отразив в течение дня восемь контратак силой до батальона, к исходу дня продвинулась до 3–4 км на фронте до 7 км. На другой день, прикрыв одним полком свой правый фланг, дивизия главными силами продолжала развивать наступление в направлении Ольховец. За день она продвинулась на 3–4 км, подойдя правым флангом к реке Сан в районе восточнее Райске, а центром и левым флангом — к покрытому лесом хребту Отрыт.
В. И. Новожилов
В результате трехдневных боев оборонявшиеся на данном участке 6-я пехотная дивизия венгров и 101-я горнострелковая дивизия немцев понесли значительные потери. Переброшенный в этот район дополнительно 500-й штрафной батальон немцев не мог заполнить образовавшиеся в боевых порядках бреши, а других резервов у противника не было. В связи с этим, а также под влиянием успешных действий левофланговых частей 1-й гвардейской армии, выдвинувшихся за последние дни далеко вперед, противник начал отводить свои войска на этом направлении к Главному Карпатскому хребту. Войска 18-го гвардейского стрелкового корпуса, перейдя 24 сентября к преследованию отходящих вражеских частей и сбивая небольшие отряды прикрытия, продвинулись вперед на 8–12 км. При этом 66-я гвардейская стрелковая дивизия, преодолев хребет Отрыт и форсировав Сан, двумя полками прошла лесистый район южнее реки Сан и вышла на хребет Полонина Ветлиньска на участке высоты с отметками 1223 и 1228. Развивая успех в южном и юго-восточном направлениях и преодолевая на отдельных участках огневое сопротивление, минные заграждения и лесные завалы, части дивизии 25 сентября овладели Ветлиной, Берегы Турне и вышли к главному хребту: 145-й гвардейский стрелковый полк — у высоты 1186 и 195-й гвардейский стрелковый полк— у высоты 1303. При этом 195-й гвардейский стрелковый полк отразил четыре контратаки противника из района высоты 914.

317-я стрелковая дивизия утром 24 сентября сбила противника с высоты 666 (южная опушка леса севернее Скородне) и, преследуя его, одним полком захватила Дверничек, а вторым — Лютовиску. Действуя по-прежнему в двухэшелонном построении вдоль реки Волосате, дивизия к исходу 25 сентября одним полком овладела Царыньске, высотой 1016, вторым полком подошла к высоте 768. Введенная в бой с утра 24 сентября в стыке между 317-й и 161-й стрелковыми дивизиями 151-я стрелковая дивизия в течение дня прошла до 10 км и овладела Крывкой. К исходу 25 сентября она вышла в район Дыдевы.

161-я стрелковая дивизия наступала вдоль Днестра в направлении Ломны, Дзвиняч Гурны и также продвинулась на 10 км.

В течение пяти дней войска 18-го гвардейского стрелкового корпуса расширили фронт наступления до 30 км и продвинулись в глубину на 30–40 км. Противник в центре и на левом участке фронта был вынужден отходить.

Выход 18-го гвардейского стрелкового корпуса к Главному Карпатскому хребту планировалось осуществить следующим образом. Корпус должен был вести наступление в направлении на Нов. Седлицу и на Ставну по вьючным перевалам в обход сильно укрепленного Ужокского перевала. Ввиду сужения фронта наступления, а также ввиду трудностей преодоления главного хребта, покрытого в этом районе густым лесом, было признано необходимым вывести 317-ю стрелковую дивизию во второй эшелон. Продвижение 66-й гвардейской стрелковой дивизии в районы высот 1186 и 1300 создавало возможность наиболее быстрого достижения рокадной дороги Старина — Мал. Березне, поэтому командующий фронтом потребовал ускорить ее наступление в направлении Нов. Седлица, Збой. Для обеспечения более быстрого продвижения дивизии ей были приданы три дорожных и инженерно-саперных батальона. Кроме того, для ускорения прокладки дорог дивизии придавался один стрелковый полк из состава 317-й стрелковой дивизии. 151-я стрелковая дивизия, продолжая наступление в направлении Устшики-Гурне, выходила на границу, имея дальнейшей задачей наступление в направлении Нов. Седлицы. 161-я стрелковая дивизия должна была наступать через гору Розсыпанец (1273) на Ставну.

Как и планировалось, 66-я гвардейская стрелковая дивизия в течение 26 сентября продвинулась до 2 км и подошла правым флангом к горе Прикры (высота 958), а центром вышла к реке Стужица, где встретила организованное сопротивление с заранее подготовленного рубежа, оборудованного окопами и усиленного в отдельных местах минными и проволочными заграждениями. С этого рубежа выбить противника удалось только 28 сентября. Продвигаясь вперед, дивизия захватила Нов. Седлицу и подошла к Збою.

151-я стрелковая дивизия, продвинувшись на 8 км, 26 сентября овладела Устшики-Гурне и подошла к Главному Карпатскому хребту. На следующий день, сосредоточив свои усилия в центре и на правом фланге, она по горным тропам преодолела хребет. 28 сентября дивизия захватила Нов. Стужицу, но дальше продвинуться не смогла. Особенно упорное сопротивление противник оказал из района Стар. Стужицы, предприняв с этого направления ряд контратак при поддержке сильного артиллерийского огня.

161-я стрелковая дивизия, преследуя отходящего противника, 26 сентября овладела Дзвиняч Гурны, Шандровец и переправилась через реку Сан. Двигаясь по горным тропам, к исходу следующего дня она подошла к главному хребту в районе горы Розсыпанец, где встретила организованное сопротивление противника. В результате последующих двухдневных боев дивизия правым флангом овладела горой Меньчил на главном хребте и левым флангом, перевалив хребет, — горой Плиска.

За восемь дней боевых действий 18-й гвардейский стрелковый корпус продвинулся на 30 км и вышел к Главному Карпатскому хребту на фронте 20 км и преодолел главный хребет в районе Устрицкого перевала.

С 18 по 30 сентября корпус нанес серьезное поражение противнику. Только пленных было взято 1055 солдат и офицеров. Трофеи корпуса за этот период составили 62 орудия, 67 минометов, 111 пулеметов, 1562 автомата и винтовки и много другого военного имущества. Частями корпуса были освобождены от врага 141 населенный пункт, в том числе 26 крупных.

Успешное наступление 18-го гвардейского стрелкового корпуса, а также действия 17-го стрелкового корпуса на левом фланге 18-й армии вынудили командование 1-й венгерской армии отвести свои войска и перед 95-м стрелковым корпусом. Многочисленные пленные подтверждали наличие приказа об отходе к главному хребту. Поэтому 24 сентября командующий армией указал командиру 95-го стрелкового корпуса генерал-майору И. И. Мельникову на необходимость вести усиленную боевую разведку и в случае отхода противника немедленно перейти к преследованию отрядами по наиболее важным и доступным направлениям. Правофланговому полку 24-й стрелковой дивизии, которой командовал генерал-майор Ф. А. Прохоров, на 25 сентября была поставлена задача наступать в направлении Каролювка, Розлуч.

25 сентября командир 168-го стрелкового полка, заметив отход противника с рубежа Выгодувка, Исайе, перешел к его преследованию. Действуя вдоль дорог, полк в течение дня продвинулся на 7–10 км и вышел на линию Розлуч, Стодулка.

Северо-восточнее Турки, на левом берегу реки Стрый, на развилке дорог, идущих из городов Стрый, Самбор и Поддуж, противник возвел мощный узел обороны, состоящий из нескольких опорных пунктов. Перед передним краем на танкоопасных направлениях был отрыт противотанковый ров, возведены линии проволочных заграждений и полоса деревянных надолб. На передних скатах высот располагались траншеи, стрелковые окопы, пулеметные и артиллерийские площадки. Вся впередилежащая местность простреливалась пулеметно-артиллерийским огнем. Мосты и отдельные участки дорог были подготовлены к взрыву. В глубине узла обороны долина реки Стрый была дважды перекрыта противотанковым рвом, а русло — деревянными ряжами, заполненными камнем. Вся местность простреливалась пулеметным огнем.
Ф. А. Прохоров
Туркский узел обороны можно было взять только путем обходного маневра. В ночь на 26 сентября на дорогу Розлуч — Турка был выдвинут армейский заградительный отряд, усиленный двумя бронемашинами. Обойдя опорные пункты противника, на рассвете 26 сентября он овладел районным центром Турка.

Продолжая наступление, 168-й стрелковый полк в течение дня продвинулся на 10–12 км и вышел на линию Яблонка Нижна, Мурованка, Ильник, (иск.) высота 1086,9 (3 км южнее Зубжицы).

Противник, сбитый с оборонительного рубежа северо-восточнее Турки, перешел к обороне на передних склонах Ужокского перевала. Узел обороны на Ужокском перевале являлся мощным и труднопреодолимым.

По переднему краю, проходящему по склонам высот, были оборудованы фортификационные сооружения в виде отдельных участков траншей и системы стрелковых окопов. Перед передним краем возведены противотанковые препятствия: первый ряд — эскарп и противотанковый ров, второй ряд — лесной завал, третий ряд — минные поля и четвертый ряд — противотанковый ров. За обратными скатами перевала возведено большое количество усиленных дерево-земляных убежищ, в которых размещался многочисленный гарнизон узла обороны.

26 сентября обозначился отход основных сил 16-й и 7-й пехотных дивизий венгров на левом фланге корпуса. На участке Мизунь Новы, Зелена 351-я стрелковая дивизия генерал-майора И. Ф. Дударева также перешла к преследованию. Действуя отдельными батальонами двух полков первой линии по дорогам и горным тронам, дивизия в течение дня, преодолевая сопротивление мелких групп противника, продвинулась на 5–10 км.

27 сентября 168-й стрелковый полк 24-й стрелковой дивизии и два полка 351-й дивизии, действуя по проселочным дорогам и горным тропам, продолжали преследование противника. В течение дня их продвижение составило 5–10 км.

На следующий день к преследованию противника был подключен еще один полк 24-й стрелковой дивизии. Продвигаясь вперед, 168-й и 7-й стрелковые полки 30 сентября подошли к Главному Карпатскому хребту: 168-й стрелковый полк — в районе Крывка, Ивашковце, имея одну роту на северо-восточной окраине Либохоры и две роты в районе Сможе-Дольне; 7-й полк — на участке Карлсфорф, Жупане.

В районе перевалов дивизия встретила сильное сопротивление. Противник в течение 30 сентября предпринял до шести контратак силою от батальона до полка пехоты из районов Латурки и Нова Розтоки в направлении перевалов.

351-я стрелковая дивизия дальнейший выход к главному хребту осуществляла, имея в первом эшелоне 1161-й и 1159-й стрелковые полки. Ранее наступавший на левом фланге дивизии 1157-й стрелковый полк, совершив 28 сентября обходный марш, к исходу 30-го вышел во второй эшелон в районе Тарнавки.

Таким образом, 95-й стрелковый корпус, сосредоточив свои силы у основных дорог, пересекающих Карпаты, вышел к главному хребту на широком фронте.

На этом участке фронта наиболее укрепленным был Верецкий перевал. Здесь противник заранее подготовил семь рядов противотанковых препятствий в виде рвов, пересекающих дорогу и упирающихся с одной стороны в заросший лесом танконедоступный склон перевала, с другой — в обрыв крутизной не менее 60 градусов.

Все подступы к рвам были густо заминированы. На опушке леса, по склонам перевала, тщательно маскируясь, располагались многочисленные легкие огневые средства (пулеметы, легкие минометы, автоматы). Крутые склоны перевала давали возможность вести огонь в несколько ярусов, чем достигалась максимальная плотность огня на подступах к переднему краю обороны.

Характер местности — крутой открытый склон — позволял вести наблюдение и обстрел на 5–6 км вперед вплоть до села Климец и контролировать подступы к этому населенному пункту. Фронтальная атака перевала была вообще невозможна. Исключительно благоприятные условия местности при незначительных фортификационных работах сделали Верецкий перевал неприступным.

За десять дней наступления 18-я армия с боями прошла от 25 до 40 км и на всем фронте вышла к Главному Карпатскому хребту. 18-я армия в целом не обладала превосходством над противником. В этих условиях было принято правильное решение — сосредоточить на правом фланге, примыкавшем к 1-й гвардейской армии, превосходящие силы для мощного удара, оставив на остальном участке только две дивизии.

Согласованные действия ударной группировки 18-й армии с войсками 1-й гвардейской армии, а также успешное наступление 17-го гвардейского стрелкового корпуса на керешмезском направлении заставили противника отойти на остальных участках фронта и позволили всем частям 18-й армии выйти к Главному Карпатскому хребту.

3

Наступление 17-го гвардейского стрелкового корпуса

(Схема 7)

17-й гвардейский стрелковый корпус, которым командовал генерал-майор А. И. Гастилович, к 9 сентября находился на левом крыле 4-го Украинского фронта и действовал на отдельном оперативном направлении. Корпус должен был оборонять рубеж Пасечна, Яремче, Березув, Шешоры, Вижница, Бергомет, Красноильск протяженностью по фронту до 110 км, прочно прикрывать направления Надворная, Станислав; Делятин, Коломыя; Яблонов, Коломыя и все пути на Черновицы.

В своем составе он имел 8-ю стрелковую дивизию генерал-майора А. С. Смирнова, 317-ю стрелковую дивизию полковника Н. Т. Жердиенко, 138-ю стрелковую дивизию полковника В. Е. Васильева и 2-ю гвардейскую воздушно-десантную дивизию полковника С. М. Черного. Три дивизии находились в первой линии и одна — 317-я стрелковая — составляла резерв корпуса и располагалась двумя полками в районе Коломыя и одним полком в районе Пасечна, Надворная. 12 сентября эта дивизия была выведена из состава корпуса в резерв фронта. В качестве средств усиления корпус имел истребительно-противотанковый полк и дивизион гвардейских минометов, которые впоследствии также были взяты у корпуса. К началу наступления в корпусе было 23200 человек, 495 орудий и минометов (включая орудия ПТО) и 920 пулеметов. На данном участке фронта корпусу противостояли 1-я и 2-я горнострелковые немецкие бригады, 10-я пехотная и 27-я легкопехотная дивизии венгров, один погранотряд и до семи отдельных пехотных батальонов. Всего у противника было 33 тыс. человек, 452 орудия и миномета и 1170 пулеметов. Как видим, при почти равном соотношении в артиллерийских средствах противник имел перевес в пехоте.

В период 7–9 сентября перед 17-м гвардейским стрелковым корпусом обозначилось значительное ослабление обороны противника. И сентября одновременно с двух направлений — на правом фланге в районе Яремче и на левом фланге из районов Бергомета и Красноильска — части корпуса перешли в наступление и освободили населенные пункты Яремче, Кут Долинный и Петровец.

Уточняя задачи на преследование противника, командир корпуса приказал частям и подразделениям действовать вдоль горных троп параллельно основным дорогам, при каждом удобном случае атакуя и уничтожая врага. За дивизиями закреплялись следующие направления.

8-й стрелковой дивизии частью сил действовать в направлении Пасечна, Зелена и далее на юго-восток с выходом в район Поляница; одним полком выйти в район Татарува. 2-й гвардейской воздушно-десантной дивизии, сосредоточив усилия в южном направлении, выйти в район Ворохта, Арджелюжа, Чарны Поток. 138-я стрелковая дивизия должна была двигаться в основном вдоль шоссейных дорог с выходом в Кживорувня, Ясенув Гурны, Устье Путила. Одному батальону было приказано выйти от Петровец в район Селетина для прикрытия левого фланга корпуса. Таким образом, частям корпуса ставилась задача, действуя по сходящимся направлениям, к исходу 12 сентября выйти на рокадную дорогу Татарув — Кживорувня[72].

Наступление велось в крайне тяжелых условиях. Однако ни горы, ни плохая погода, ни ожесточенное сопротивление противника уже не могли остановить советских воинов. Все были уверены в успехе. Бывший командир 17-го гвардейского стрелкового корпуса генерал-полковник А. И. Гастилович вспоминает такой эпизод:

«Еще в первый день наступления, поднимаясь по горной тропе на новый наблюдательный пункт в районе Яремче, я обратил внимание на высокого худощавого солдата, который задумчиво стоял, опершись на карабин, у старого заросшего окопа.

— О чем задумались? — спросил я.

— Старину вспомнил, товарищ генерал, — ответил солдат. — Ведь это мой окоп, в котором я сидел еще в первую германскую. Здесь и дружка моего тогда убило, — продолжал он. — Не довелось нам тогда через Карпаты пробиться, а ныне, чую, пройдем!»

12 сентября части корпуса продвинулись на 8–12 км. Наибольшее сопротивление противник оказал на правом фланге и в центре полосы наступления. Особенно сильные бои развернулись на рубеже Пасечна, Микуличин, проходящем вдоль горных хребтов.

В этот день 8-й стрелковой дивизии удалось занять населенный пункт Микуличин, 2-й гвардейской воздушно-десантной дивизии — Акрешоры и Прокураву, 138-й стрелковой дивизии — Буковец и Ростоки. Один полк этой дивизии, овладев Устье Путила, повернул на запад, направляясь в район Кживорувня.
А. И. Гастилович
На левом фланге полосы наступления корпуса противник оказывал слабое сопротивление; прикрываясь небольшими отрядами, он отводил свои главные силы к западу, в район Ворохты.

За три дня наступления 17-му гвардейскому стрелковому корпусу удалось продвинуться в центре полосы наступления на 5–15 км, а на левом фланге — на 30–60 км и приблизиться к основным перевалам. За счет сосредоточения сил 138-й стрелковой дивизии в районах Жабье, Ясенув Гурны полоса наступления корпуса сократилась до 60 км.

Стремясь не допустить наши войска к перевалам, противник 14 сентября усилил сопротивление. Опираясь на господствующие высоты и отдельные хребты, гитлеровцы пулеметным и минометным огнем прикрыли все доступные проходы между ними и задержали дальнейшее продвижение войск. Особенно упорное сопротивление было оказано в районе Чарны Поток.

Все мосты на дорогах, да и сами дороги в узких местах разрушались противником, и для приведения их в исправное состояние требовалось длительное время.

Кроме условий местности, которые облегчали противнику возможности обороны, одной из основных причин, снизивших темп наступления частей корпуса, явилось отставание артиллерии от боевых порядков пехоты, как только войска втянулись в активные действия в горах. Это объяснялось тем, что материальную часть и боеприпасы приходилось транспортировать по испорченным, с крутыми подъемами горным дорогам, которые зачастую простреливались противником. Передвигаясь в основном ночью, артиллеристы применяли самые разнообразные способы буксировки (вручную, лебедками, автомашинами). Иногда на одно орудие приходилось выделять две автомашины.

15 сентября командующий фронтом уточнил задачу 17-му гвардейскому стрелковому корпусу. Наступая, корпус должен был главными силами нанести удар на правом фланге и выйти на рубеж Зелена, Керешмезе. В последующем из района Керешмезе действовать в направлении Брустура[73].

Из-за недостатка артиллерии 17–19 сентября корпус успеха не имел. Тогда командир решил приостановить на один день наступление, подвезти боеприпасы и подтянуть к войскам артиллерию.

Принятые меры обеспечили необходимую поддержку пехоты артиллерией и позволили в течение последующих дней добиться некоторого успеха. 8-я стрелковая дивизия в результате боев 20 и 21 сентября овладела Зеленой и, продвигаясь вперед, отразила до шести контратак противника из района Сыняка. Один полк дивизии продолжал вести бой в районе западнее и южнее Микуличина. 2-я гвардейская воздушно-десантная дивизия, преодолев огневое сопротивление и отразив три контратаки, сбила противника с ряда высот севернее Катылувки и продвинулась за два дня на 3–5 км. 138-я стрелковая дивизия, действуя всеми полками вдоль дороги Жабье — Ворохта, за это время продвинулась на 6 км и подошла к Ворохте.

22 сентября командир корпуса потребовал от дивизий более сосредоточенных действий: 8-й стрелковой дивизии к исходу дня овладеть Яблоницей, не допустив отхода противника по шоссе на Керешмезе; 2-й воздушно-десантной дивизии, действуя в северо-восточном направлении через Ильмы, овладеть Татарувом; 138-й стрелковой дивизии после овладения Ворохтой оставить на прилегающих к ней с запада высотах один полк, а остальными силами развивать наступление через высоты 1059,9 и 1011,4 в направлении Яблоницы.

Преодолевая упорное сопротивление противника, войска корпуса продвигались вперед и, отразив 22 сентября до 12 контратак, к исходу дня овладели Ворохтой. На следующий день войска корпуса на основных направлениях сломили сопротивление противника и полностью очистили дорогу Микуличин — Ворохта. Части 8-й стрелковой и 2-й гвардейской воздушно-десантной дивизий вошли в Татарув, а 138-я стрелковая дивизия подошла к восточным окраинам Яблоницы. Впереди был Яблоновский перевал.

24 сентября во фронтовой резерв была выведена 2-я гвардейская воздушно-десантная дивизия.

Необходимость перегруппировки оставшихся войск корпуса вынудила приостановить наступление 138-й стрелковой дивизии, которой предстояло одним полком сменить части 2-й гвардейской воздушно-десантной дивизии в районе Татарува.

Продолжая дальнейшее наступление в составе двух дивизий, корпус 24 сентября успеха не имел.
В. Е. Васильев
25 сентября 8-я стрелковая дивизия двумя батальонами 310-го стрелкового полка и 151-м стрелковым полком, совершившими марш из Татарува в обход высоты 1544 с севера, сбила противника с высот западнее высоты 1544 и подошла к северной окраине Поляница Поповичовска. В последующие два дня дивизия, действуя всеми тремя полками в первой линии, овладела Поляницей, а затем Яблоницей и, сломив сопротивление противника в предполье керешмезского узла обороны, перешла Главный Карпатский хребет на участке высота 1129, Яблоновский перевал и к исходу 27 сентября вышла к переднему краю основной оборонительной полосы противника.

138-я стрелковая дивизия 25 сентября сбила противника с высот западнее Татарува и Ворохты и, развивая дальнейшее наступление в юго-западном направлении, к исходу 27 сентября перешла главный хребет и завязала бои в лесу северо-восточнее Керешмезе. При этом левофланговый 344-й стрелковый полк в течение 27 сентября западнее станции Вороненка отразил четыре контратаки противника силой до батальона. В результате боя 26 и 27 сентября частями корпуса было уничтожено до 500 солдат и офицеров противника и захвачено 13 орудий и 120 пулеметов.

Советским воинам предстояло преодолеть керешмезский узел обороны — одно из мощнейших горных укреплений линии Арпада.

Населенный пункт Керешмезе расположен вдоль рек Тисса и Черна Тисса. К нему ведут три дороги: Микуличин — Керешмезе, Брустура — Керешмезе и Ворохта — Керешмезе.

Противник оставил населенный пункт вне обороны, построив только четыре дота для контроля дорог, а узел обороны организовал на южной окраине Керешмезе, где было узкое место с единственной дорогой, ведущей в тыл, в Рахов.

Керешмезский узел обороны имел 19 опорных пунктов, вытянутых в непрерывную линию. Каждый из них состоял из двух-трех огневых точек с открытыми площадками, железобетонного и дерево-земляного убежищ, а многие, кроме того, имели артиллерийские позиции и командные пункты. Каждый опорный пункт был приспособлен к круговой обороне, имея крытые траншеи, соединявшие сооружения, и открытые — для связи с соседними опорными пунктами, систему огня, направленного во все стороны, и проволочные заграждения по контуру опорного пункта. Опорный пункт имел огневую взаимосвязь с соседними, справа и слева, и обеспечивал прострел подступов к переднему краю перед препятствиями. Кроме того, опорные пункты получали поддержку огнем из минометов, позиции которых располагались: первая — у железной дороги, вторая — восточнее первой за обратным скатом отрога и третья — на правом берегу, в пойме реки Тисса. Поддержку артиллерийским огнем давал свидовецкий опорный пункт.

Территория керешмезского узла, расположенная на левом берегу Тиссы, имела грунтовую дорогу. Для связи с правым берегом были построены мосты в пойме Тиссы и через нее.

На остальных участках обороны передний крал был оборудован противопехотными заграждениями в виде проволочной шатровой сети в два ряда кольев. Еще в предполье города наши передовые подразделения натолкнулись на электрифицированные заграждения. На железобетонных надолбах с резиновыми изоляторами были натянуты оголенные провода. Немцы подвезли сюда две мощные электростанции и пустили по проводам ток напряжением 3 тысячи вольт. Наши саперы-разведчики своевременно обнаружили это, а артиллеристы разбили электростанции.

Все свидетельствовало о том, что противник готовился здесь к длительному и упорному сопротивлению.

Корпус овладел Керешмезе обходом через считавшиеся недоступными хребты Свидовец и Полонина Германска. Движение в обход через эти высокие лесистые хребты было настолько трудным, что враг, не ожидая удара с этого направления, кое-где прикрыл его слабой полевой обороной. Прорвав полевые заслоны на хребтах и отразив контратаки противника, пытавшегося помешать обходному маневру, части корпуса создали реальную угрозу полного окружения укрепленного района. Части 10-й пехотной дивизии и горнострелковая бригада венгров, потеряв две трети своего состава, начали отходить.

Керешмезе был взят 28 сентября. Сразу же начался обход через хребты следующего долговременного узла — города Рахов, находившегося в 30 км южнее Керешмезе.

В течение двадцати дней боевых действий 17-й гвардейский стрелковый корпус, продвинувшись своим правым флангом на глубину 30–40 км, а левым — на 60–100 км, овладел Яблоновским перевалом. К концу сентября войска корпуса освободили от противника значительный район и подошли к керешмезским укреплениям. Полоса наступления корпуса в этом районе сузилась до 10–12 км.

Сосредоточение усилий корпуса в сторону Яблоновского перевала определялось прежде всего наличием шоссейной дороги, которая допускала движение по ней техники (главный хребет здесь был ниже, чем в других местах). Кроме того, и противник отступал через Керешмезе.

Враг отходил медленно, пытаясь задержаться на каждом промежуточном рубеже, который оставлял только под сильным воздействием наших войск. В этих боях гитлеровцы потеряли свыше 4000 солдат и офицеров, из них пленными 600 человек и около 3500 убитыми. Части корпуса захватили 34 орудия, 200 пулеметов и 10 минометов[74].

Следует отметить, что в ходе наступления тактика боевых действий корпуса изменялась. В начальный период она была основана на действиях отдельных подразделений вдоль горных троп и дорог, в стороне от основных путей сообщений, которые хорошо прикрывались противником. Затем, когда полоса наступления корпуса начала сужаться, боевые порядки стали более плотными, а действия — более устремленными.

Большое внимание уделялось резервам. Обычно в резерве командиров дивизий находилось по нескольку батальонов полков второго эшелона, в резерве командиров полков — по одному батальону. В действие они вводились в тех случаях, когда необходимо было фланговыми ударами содействовать частям и подразделениям первой линии.

Корпус не имел средств усиления. Поэтому для поддержки пехоты выделялась дивизионная артиллерия. Каждому стрелковому полку, как правило, придавался один дивизион. Для успешных боевых действий в условиях гористой местности, когда противник, используя естественные условия, создавал прочную оборону, как никогда, требовалась мощная огневая поддержка. Однако артиллерия отставала от боевых порядков пехоты — она не могла двигаться по горным тропам и небольшим дорогам. Только части и подразделения, действовавшие вдоль основных дорог или вблизи их, получали помощь артиллерии.

Корпус вел бои на значительном удалении от фронтовых баз. Из-за недостаточности транспортных средств части и подразделения не получали нужного количества боеприпасов, и почти все время ощущалась их нехватка.

4

Боевые действия 38-й армии 1-го Украинского фронта

Как уже отмечалось, Восточно-Карпатская операция проводилась совместно с 38-й армией 1-го Украинского фронта — командующий генерал-полковник К. С. Москаленко, начальник штаба генерал-майор В. Ф. Воробьев, член Военного совета генерал-майор А. А. Епишев.

Накануне операции в армию входили три стрелковых корпуса: 52-й генерал-майора С. М. Бушева, 67-й генерал-майора И. С. Шмыго и 101-й генерал-лейтенанта A. Л. Бондарева. Всего в этих корпусах насчитывалось девять дивизий (70-я гвардейская, 305, 304, 140, 183, 241, 211, 340, 121-я стрелковые). Кроме того, армии были приданы 25-й танковый корпус — командир генерал-майор танковых войск Ф. Г. Аникушкин — и 1-й гвардейский кавалерийский корпус — командир генерал-лейтенант В. К. Баранов. Во втором эшелоне армии находился 1-й чехословацкий армейский корпус — командир генерал Кратохвил, с 10 сентября — генерал Л. Свобода.

Непосредственно перед 38-й армией оборонялись 68, 208 и 545-я пехотные дивизии противника и ряд отдельных частей и подразделений. Все части и соединения противника располагались в главной полосе обороны.

Как видим, вражеская группировка не была сильной. Но следует учитывать тот факт, что и наши части в результате предшествующих тяжелых и непрерывных боев понесли большие потери. Личный состав не успел отдохнуть после боев, фланги армии были ослаблены.

4 сентября 1944 г. командующий 38-й армией генерал-полковник К. С. Москаленко получил директиву фронта, в которой говорилось:

«В целях выхода на словацкую территорию и соединения со словацкими частями и партизанами, ведущими борьбу с немецкими захватчиками, приказываю:

1. Группировкой в составе шести стрелковых дивизий с армейской артиллерией, 17-й артдивизией прорыва, двух бригад PC М-31, двух полков PC М-13, 1-го чехословацкого корпуса, 1 гв. кав. корпуса, бригадами 25-го танкового корпуса прорвать оборону противника на участке иск. Непля, Оджиконь и развить наступление в направлении Поток, м. Дукля, Тылява, Прешов с задачей разбить противника, выйти за границу Словакии и соединиться со словацкими частями и партизанами, ведущими борьбу с немецкими захватчиками.

2. Для прорыва обороны противника иметь в первом эшелоне четыре стрелковые дивизии, во втором эшелоне — две стрелковые дивизии. Для развития прорыва и дальнейшего наступления использовать 1-й чехословацкий корпус, 1-й кавалерийский корпус и бригады 25-го танкового корпуса.

3. В первый день операции выйти на рубеж Ясло, м. Осек, Кобыляны, Ивонич, Бзянка; на третий день операции выйти на границу Словакии на рубеж Бартые, Радоцина, Кружлова, Чертижне; на пятый день операции овладеть ст. Любовня, Прешов.

4. На второй день операции с рубежа м. Змигруд Новы, м. Дукля ввести 1-й гвардейский кавалерийский корпус, 25-й танковый корпус с задачей, развивая стремительное наступление в направлениях: 1-й гвардейский кавалерийский корпус на Зборов, Бардева, ст. Любовня; 1-й чехословацкий корпус и 25-й танковый корпус — на Тылява, Ладомирова, Прешов, соединиться со словацкими частями и партизанами и на пятый день операции овладеть районами ст. Любовня, Сабинов, Прешов.

5. Справа с запада по мере развития наступления организовать прочную оборону тремя дивизиями по рубежу Шебне, Ясло, м. Осек, Смерековец, м. Тылич.

Влево, охватывая Кросно с запада, свертывать оборону противника в направлении Ясьлиска, войти в боевое взаимодействие с правофланговыми частями 1-й гвардейской армии 4-го Украинского фронта, которые будут наступать из района Санок в направлении Команьча.

6. Командарму 2-й ВА прикрыть наступление 38-й армии истребительной авиацией и одним штурмовым корпусом содействовать наступлению 38-й армии.

7. Артподготовка — два часа по методу, указанному мною Вам лично. Расход боеприпасов на всю операцию — 2,5 б/к.

8. Готовность начала операции — к рассвету 7.9.

9. Отданные распоряжения и план операции представить мне к 12.00 5.9»[75].

К. С. Москаленко
7 сентября в полосе 38-й армии была проведена разведка боем. После короткого, но мощного артиллерийского налета по переднему краю обороны противника разведывательные отряды перешли в атаку и на ряде участков ворвались в окопы противника. Захватив пленных, разведывательные отряды отошли на исходные позиции. В результате этих действий была уточнена группировка сил противника, подтверждено отсутствие на многих участках вражеской обороны сплошных линий траншей и минных полей, засечены 33 новые огневые точки.

На следующий день в 8 часов 45 минут утра после 125-минутной артиллерийской и авиационной подготовки перешли в наступление главные силы армии.

В полосе наступления главной группировки армии наши войска не встретили организованного сопротивления противника и сравнительно легко овладели первой оборонительной позицией врага.

Командование противника стремилось отвести уцелевшие части на промежуточный рубеж обороны Петрувка, Бубрка.
А. А. Епишев
В 9 часов 35 минут командующий армией, стремясь восполнить недостаток в танках непосредственной поддержки пехоты, приказал командиру 25-го танкового корпуса поддержать передовыми отрядами стрелковые части первого эшелона главной группировки армии и одновременно начать выдвижение главных сил корпуса. Соответствующий приказ получил и 1-й гвардейский кавалерийский корпус.

К 12 часам 305-я стрелковая дивизия под командованием полковника А. Ф. Васильева, встречая незначительное огневое сопротивление противника, овладела Вайдами, форсировала реку Ясюлька и к исходу дня, продвинувшись на 6–7 км, вышла на рубеж восточная часть Модерувки, Бжезувка. Из-за сильного сопротивления противника дальше продвинуться дивизия в этот день не смогла.

С целью развития успеха командир 52-го стрелкового корпуса в середине дня ввел в бой из второго эшелона 340-ю стрелковую дивизию, которой командовал генерал-майор Ф. Н. Пархоменко. Двигаясь в направлении Потакувки, части дивизии форсировали реку Ясюлька и к исходу дня достигли района высота 334, Потакувка.

Успешно развивал наступление и 101-й стрелковый корпус. 70-я гвардейская стрелковая дивизия, которой командовал генерал-майор И. А. Гусев, во взаимодействии с частями 305-й стрелковой дивизии к 12 часам овладела Едличе и, прорвав вторую позицию, к исходу дня продвинулась на 10 км, выйдя в район южнее Длуге. 183-я стрелковая дивизия под командованием генерал-майора Л. Д. Василевского, начав наступление, преодолела первую позицию противника и продвинулась в район Зрецина. После ввода в бой второго эшелона части дивизии с ходу прорвали вторую позицию противника и вышли в район Хоркувка, Махнувка, за день продвинувшись на 12 км.
С. М. Бушев
Более сложной была обстановка в полосе наступления 67-го стрелкового корпуса. 241-я стрелковая дивизия (командир полковник Т. А. Андриенко), действовавшая в составе ударной группировки 38-й армии, должна была овладеть городом Кросно, где противник подготовил сильную оборону. Перейдя в наступление, части дивизии смогли занять лишь пригород Кросно — Бялобжеги, а к исходу дня подойти к юго-западной окраине города. 140-я стрелковая дивизия под командованием генерал-майора А. Я. Киселева также вела бои за Кросно. Усилить правофланговые части командир корпуса не имел возможности, и бои за город приняли затяжной характер. Не смогли продвинуться и части 121-й стрелковой дивизии, действовавшие на широком фронте.

Войска 38-й армии поддерживали авиационные части 1-го гвардейского штурмового авиационного корпуса (командир генерал-лейтенант авиации В. Г. Рязанов) и 1-го истребительного авиационного корпуса (командир генерал-лейтенант авиации Е. М. Белецкий). Однако действия штурмовиков и истребителей не смогли оказать существенного влияния на ход боевых действий частей и соединений армии.

Стремительное продвижение кавалерийского и танкового корпусов, вводимых в прорыв по приказу командующего армией, могло бы способствовать выполнению задачи. Выдвинувшись, передовые отряды имели возможность захватить в глубине обороны противника выгодные рубежи, отвлечь на себя часть его сил и создать условия для успешных действий корпусов.

Однако обогнать пехоту передовые отряды кавалерийского корпуса, очень растянувшегося в глубину, не смогли. Запоздал с выдвижением и танковый корпус, передовые отряды которого вели бой совместно со стрелковыми частями.

Не сумев переправиться через реку Ясюлька, главные силы корпуса в течение 8 сентября оставались на ее северном берегу в районе переправ у Добешин, Зрецин. Передовые отряды, переправившиеся через реку Ясюлька, продвигались с боем по единственной, с разрушенными мостами и неразминированной дороге под непрерывным фланговым огнем противника. Эти части вели бой в тяжелых условиях.

Войска главной группировки 38-й армии в первый день операции осуществили прорыв обороны противника на 12-километровом фронте Модерувка, (иск.) Кросно, продвинулись на глубину 6–12 км и к исходу дня вышли на рубеж Бжезувка, Хоркувка, Махнувка, Гловенка. Но задача дня не была выполнена, хотя условия, сложившиеся к 12–14 часам, позволяли кавалерийскому и танковому корпусам, войдя в прорыв, развить успех наших войск. Дело в том, что на направлении главного удара армии противник отступал, а рубежи его обороны в глубине заняты не были.

Неоправданным является то обстоятельство, что командир 101-го стрелкового корпуса не ввел в бой второй эшелон корпуса. Ввод второго эшелона содействовал бы развитию наступления в глубину.

Немецко-фашистское командование, обеспокоенное наступлением 38-й армии, стремясь не допустить наши войска в Словакию, спешно перегруппировало свои силы. 8 сентября в район Бубрки были направлены 75-я пехотная и 1-я танковая дивизии. Из Словакии прибыли некоторые подразделения, действовавшие там против партизан[76].

К утру 9 сентября противник, перегруппировав свои войска, значительно усилил боевые порядки и организовал оборону по северным скатам хребта, проходящего южнее Потакувки, Хоркувки, Махнувки. Однако ни штаб фронта, ни штаб 38-й армии к утру 9 сентября не имели сведений о перегруппировке противника и его значительном усилении в полосе наступления армии.

По приказу командующего 38-й армией в 9 часов 35 минут были введены в бой передовые отряды 25-го танкового корпуса. С 10 часов начали выдвижение из районов сосредоточения передовые отряды 1-го гвардейского кавалерийского корпуса, а во второй половине дня — главные силы этого корпуса и бригады 1-го чехословацкого армейского корпуса.

Наступление наших войск, как и намечалось, началось утром 9 сентября. Бои приняли затяжной характер. И даже ввод в сражение 1-го гвардейского кавалерийского, 25-го танкового корпусов и 1-го чехословацкого армейского корпуса не привел к существенному изменению обстановки. Медленное продвижение войск армии объяснялось главным образом изменением соотношения сил в полосе наступления основной группировки армии. Поэтому командующий фронтом решил в ночь на 10 сентября сосредоточить в полосе наступления 38-й армии 4-й гвардейский танковый корпус, которым командовал генерал-лейтенант танковых войск П. П. Полубояров.
А. Л. Бондарев
Кроме того, в состав главной группировки командующий армией включил 121-ю стрелковую дивизию 67-го стрелкового корпуса, которую сменила 2-я чехословацкая воздушно-десантная бригада 1-го чехословацкого армейского корпуса.

Учтя изменение в соотношении сил, командующий армией решил поставить войскам ограниченные задачи. Подвижные соединения должны были наступать совместно со стрелковыми соединениями. Это решение было вынужденным и в условиях, когда противник непрерывно усиливал свою группировку, необходимым.

В ночь на 10 сентября на вторую оборонительную полосу противник перебросил 14-й пехотный полк 78-й пехотной дивизии и 1-й штурмовой полк 1-й танковой армии.

Утром 10 сентября началась наша артиллерийская подготовка, которая продолжалась 30 минут. Когда войска пошли в атаку, они вновь встретили сильное сопротивление противника, переходившего иногда в контратаки. Бои не затихали ни днем ни ночью. В течение 10 и 11 сентября войска армии продвинулись от 2 до 6 км. 101-й стрелковый корпус во взаимодействии с 1-м гвардейским кавалерийским корпусом на узком участке фронта прорвал вторую полосу обороны противника. В ночь на 12 сентября части кавалерийского корпуса вышли в глубину вражеской обороны и уже к утру 13 сентября продвинулись вперед до 20 км.

Однако ввод корпуса в прорыв не был достаточно обеспечен. Корпус наступал через 2-километровый коридор, который простреливался с обоих флангов. Прикрытие флангов участка прорыва общевойсковыми соединениями не было должным образом организовано. Артиллерийская поддержка также была недостаточной. Обеспечение ввода осуществлялось не более чем 130 орудиями. Батареи противника были разведаны очень плохо, и их огонь своевременно не был подавлен. В этот напряженный период операции серьезную роль могли бы сыграть массированные удары наших авиационных частей на участке ввода в прорыв. Однако авиация 12 сентября действовала на широком фронте и поэтому существенной помощи кавалерийскому корпусу не оказала.

Ввод корпуса в прорыв происходил медленно, под сильным огнем противника. Кавалерийские части несли значительные потери. Это был фактически уже не ввод в прорыв, а ввод всех сил корпуса в сражение с задачей прорваться в тыл противника.

Корпус имел чрезвычайно мало боеприпасов: всего 300 выстрелов для 76-мм полковых пушек, 420 мин 82-мм, 84 мины 120-мм. Этого было недостаточно даже на несколько часов напряженного боя.

Действия корпуса развертывались в сложной и своеобразной обстановке. 14 сентября врагу удалось выйти на участок прорыва в районе Глойсце, Лыса Гура и отрезать 1-й гвардейский кавалерийский корпус от главных сил 38-й армии. Лишь 24 сентября корпусу удалось вырваться из окружения.

Таким образом, за семь дней операции войска 38-й армии прорвали главную полосу обороны противника на фронте до 22 км, преодолели на узком участке вторую полосу обороны и, продвинувшись главными силами на глубину до 23 км, овладели рокадной дорогой м. Змигруд Новы — м. Дукля.

Задача, поставленная войскам армии на первый этап операции была выполнена не полностью. Вместе с тем наступление советских войск, оттянув крупные силы врага, существенно изменило положение восставших. Если в первых числах сентября противник превосходящими силами теснил повстанцев, угрожая разгромом, то теперь фронт стабилизировался в районах севернее Липтовской Осады и восточнее Тельгарта.

Между тем боевые действия 38-й армии продолжались. К 15 сентября все войска армии втянулись в чрезвычайно упорные и напряженные бои в горах с весьма сильной группировкой противника.

В этой обстановке командующий фронтом дал указание командующему армией нанести удар левым флангом армии из района Врублик-Крулевски в направлении м. Ясьлиска, Тылява с задачей выйти на тылы группировки противника, оборонявшейся в районе м. Дукля, и соединиться с 1-м гвардейским кавалерийским корпусом. Одновременно командующий фронтом, учитывая быстрое увеличение сил противника в полосе 38-й армии, и особенно его танковых соединений, усилил армию за счет перегруппировки сил и средств из других армий фронта.

Это было правильное и своевременное решение. На левом фланге армии противник имел менее прочную оборону, что позволяло сравнительно быстро ее прорвать, овладеть важнейшими шоссейными дорогами, вывести наши войска в тыл дуклинской группировке врага и соединиться с частями 1-го гвардейского кавалерийского корпуса.

Стремясь сорвать наступление наших войск, утром 15 сентября 1-я и 8-я танковые, 208-я пехотная дивизии и часть сил 78-й пехотной дивизии противника нанесли удар на правом фланге армии. На помощь 52-му и 101-му стрелковым корпусам, вступившим в бой с врагом, командующий армией перебросил в район Тарновца вновь прибывшую 37-ю истребительно-противотанковую артиллерийскую бригаду. Наступление противника было сорвано. Наши войска удержали свои позиции, нанеся большие потери врагу.

15 сентября в первой половине дня на левом фланге армии после короткой артиллерийской подготовки 67-й стрелковый и 4-й гвардейский танковый корпуса начали атаку. Стрелковые части успеха не добились. Танкисты, обойдя главные силы врага с запада, после напряженного боя к 18 часам ворвались в Рыманув. Прорвать с ходу вторую полосу обороны противника, проходившую по северным скатам горного хребта, им не удалось. Продвинувшись на 4–5 км, танковые бригады вынуждены были прекратить наступление.

Следует отметить, что попытка прорваться через горный участок лобовым ударом главных сил корпуса была неоправданной и привела к большим потерям.

Продвижение 4-го танкового корпуса и правофланговых соединений 1-й гвардейской армии 4-го Украинского фронта в район Рыманува вынудили противника ночью отвести часть сил 68-й пехотной дивизии на вторую полосу обороны.

16 сентября командующий армией приказал для овладения горным хребтом на участке южнее м. Рыманув сначала занять горные проходы силами мотопехоты с небольшим количеством танков, а затем для развития успеха в направлении Ясьлиски ввести главные силы 4-го гвардейского танкового корпуса.

Для успешных действий стрелковых войск при овладении горным проходом требовалось артиллерийское и авиационное обеспечение, но его создать не удалось.

Утром 16 сентября, когда наши войска перешли в наступление, завязались тяжелые бои. Отразив в центре полосы наступления до 15 контратак противника, войска армии продвинулись всего на 2 км и смогли овладеть лишь Ивлей. Не овладели горным проходом и части, действовавшие в районе Рыманува, где у противника было сосредоточено более восьми артиллерийских батарей.

Оценив обстановку, командующий армией приказал командиру 4-го гвардейского танкового корпуса выделить сильный передовой отряд, который должен был через горный проход, расположенный южнее Сенявы (6 км восточнее Рыманува), обойти сильно укрепленные позиции противника.

В состав передового отряда была выделена 13-я гвардейская танковая бригада под командованием полковника Л. И. Баукова. В час ночи 17 сентября подразделения передового отряда вышли в район Сенявы и внезапным ударом захватили населенный пункт. Противник не ожидал удара на этом участке, а его оборона здесь была значительно слабее, чем в районе м. Рыманув.
И. А. Гусев
Ожесточенные бои на всем фронте возобновились утром. Наши войска, отбивая одну за другой контратаки пехоты и танков, наносили значительные потери противнику.

4-й гвардейский танковый корпус по-прежнему вел бои в районе Рыманува. Продвинуться вперед из-за сильного сопротивления противника не удавалось. Поэтому командующий фронтом, находившийся на наблюдательном пункте командующего армией, приказал в ночь на 18 сентября перегруппировать главные силы корпуса. Они должны были пройти через горный проход южнее Сенявы, наступая вслед за передовым отрядом корпуса — 13-й гвардейской танковой бригадой, которая к исходу 17 сентября вела бои за Паствиску. Вместе с 4-м танковым корпусом на левом фланге должен был наступать и 31-й танковый корпус (командир генерал-майор танковых войск В. Е. Григорьев), ранее находившийся в резерве фронта.

Наступление этих соединений началось в середине дня 18 сентября после короткой артиллерийской подготовки. Вследствие того, что система огня противника в районе горного прохода не была нарушена и отсутствовало достаточно эффективное артиллерийское сопровождение, бой принял напряженный характер.

По нашим танкам, двигавшимся колонной и не имевшим возможности развернуться в боевые порядки, ощутимые удары наносили мелкие группы истребителей танков и самоходные орудия противника. Подбитые машины загораживали дорогу и замедляли движение танковых бригад. Чтобы освободить путь, неисправные танки приходилось оттаскивать в сторону. На это уходило много времени. Частые остановки делались и в связи с необходимостью разминирования местности.

Только к утру 19 сентября, понеся значительные потери, танковые бригады смогли преодолеть горный проход и выйти в район Тарнавки, создав благоприятные условия для развития наступления во фланг и тыл группировки противника, занявшей оборону по северным скатам хребта в районе Дукля, Рыманув.

В этот же день командующий фронтом включил в состав 38-й армии 127-ю стрелковую дивизию генерал-майора И. П. Говорова и 12-ю минометную бригаду.

Утром 20 сентября танковым корпусам было приказано продолжить наступление с целью уничтожения дуклинской группировки противника. К этому времени немецкое командование, боясь окружения, отвело с хребта основные силы группировки, оставив незначительные арьергарды.

4-й гвардейский танковый корпус, возобновив наступление, в 10 часов овладел Дешно. Успеху корпуса способствовало хорошее взаимодействие с инженерными войсками, которые быстро разминировали местность, устраивали объезды. Во второй половине дня танкисты 4-го гвардейского танкового корпуса с востока подошли к м. Дукля, а в 15 часов 30 минут его передовые подразделения ворвались в этот населенный пункт. С севера и северо-запада в направлении Дукли наступали части 1-го чехословацкого армейского корпуса. Совместными усилиями советских и чехословацких воинов этот важный опорный пункт противника в Карпатах был освобожден. Теперь корпус мог нанести удар в южном направлении вдоль автомобильной дороги к Дуклинскому перевалу.

31-й танковый корпус в этот день овладел высотами западнее Крулик Волоски. 242-я танковая бригада, освободив Пулавы, подошла к Поляны Суровичне и завязала бой на окраине.

За три дня левофланговая группировка армии отбросила врага на 10–12 км.

21 сентября командующий армией нацелил основные усилия на южное и юго-западное направления. Войска 38-й армии должны были сломить сопротивление противника, овладеть Главным Карпатским хребтом и соединиться с войсками 1-го гвардейского кавалерийского корпуса.

Наступление началось в ночь на 21 сентября. Противник на всех направлениях упорно сопротивлялся. В ходе двухдневных боев только на левом фланге армии удалось добиться некоторого успеха. Части танковых корпусов овладели районом Тщцяны, 140-я стрелковая дивизия — Любатовой, а 359-я стрелковая дивизия — Шклярами.

Чтобы быстрее соединиться с 1-м гвардейским кавалерийским корпусом, который вел бой в районе Кореёвце, Доброслава, командующий фронтом потребовал от командующего 38-й армией 23 сентября двумя танковыми корпусами нанести удар в южном направлении.

Командующий армией, создав высокую плотность танков и артиллерии и использовав авиационную поддержку, решил нанести сильный удар вдоль шоссе Тщцяна — Тылява. В случае успеха наступления противник, оборонявшийся перед левым флангом армии, лишался единственной рокадной дороги и оказывался в тяжелом положении. Главные силы 38-й армии получали возможность соединиться с кавалерийским корпусом. Кроме того, нашим войскам открывались подступы к перевалу Дукля.

23 сентября в 11 часов началась артиллерийская подготовка атаки. Спустя 25 минут начала действовать авиация. Бомбардировщики, прикрываемые истребителями, наносили удары по переднему краю обороны противника в районах Тщцяна и Тылява. В 11 часов 35 минут начали действовать штурмовики. Массированные удары артиллерии и авиации деморализовали врага и нарушили его систему огня.
Л. Д. Василевский
В 11 часов 40 минут пехота и танки при поддержке артиллерии начали атаку. Противник был смят и, неся большие потери, стал отходить на юг из района Тщцяны.

В 16 часов танки и мотострелковые части захватили Тыляву. За ними вышла и пехота. В тот же день 12-я гвардейская танковая бригада была направлена на северо-запад. Продолжая наступление, она совместно с 258-м стрелковым полком 241-й стрелковой дивизии к утру 24 сентября овладела Мшаной.

1-й гвардейский кавалерийский корпус, который вел бои в районе Крайна Порубка, Кореёвце, получив указание командующего фронтом, с утра 24 сентября начал наступать в направлении Тылявы.

В это же время навстречу корпусу двинулась 14-я гвардейская танковая бригада. В 22 часа после упорного боя она овладела населенным пунктом Смеречне и установила взаимодействие с частями кавалерийского корпуса, которые вскоре соединились с танкистами.

В результате успешных действий войск 38-й армии вражеская группировка, оборонявшаяся восточнее хребта, вдоль которого проходило шоссе Дукля — Тылява, оказалась под угрозой окружения. Прикрываясь сильными арьергардами, противник 23 сентября начал отвод своих войск к югу, стремясь занять оборону вдоль Главного Карпатского хребта.

* * *Подводя итоги сентябрьских боев 4-го Украинского фронта и 38-й армии 1-го Украинского фронта, можно сделать следующие выводы.

Наступательные действия войск 4-го Украинского фронта начались 9 сентября силами одного корпуса 1-й гвардейской армии на участке Санок, Залуж с целью содействовать 38-й армии 1-го Украинского фронта. В течение первого дня операции оборона противника была прорвана на 12 км по фронту и 5–6 км в глубину. В последующие дни фронт наступления постепенно расширялся в сторону левого фланга вводом в действие новых частей.

18 сентября в наступление перешла 18-я армия. Находившийся на крайнем левом фланге фронта 17-й гвардейский стрелковый корпус начал наступление 11 сентября. Таким образом, наступательная операция 1-й гвардейской армии постепенно переросла в широкую наступательную операцию по всему фронту протяженностью до 300 км.

Правый фланг 1-й гвардейской армии отвлек на себя не только тактические резервы противника с соседних участков фронта, но и его оперативные резервы. Когда к 21 сентября правофланговые части армии вышли на польско-чехословацкую границу и оказались на перевалах Карпат, противник перебросил в район боев с севера одну танковую и одну пехотную дивизии и в упорных боях 22–23 сентября остановил наступление наших войск на данном участке фронта. На остальных участках наступление продолжалось. 25–26 сентября противник для усиления ужгородского направления перебросил с юга одну пехотную дивизию и одну стрелковую бригаду, ослабив участок обороны перед войсками левого крыла фронта, что позволило продолжать дальнейшее наступление силами одного стрелкового корпуса.

В результате 20-дневного наступления войска продвинулись на 25–50 км и на фронте шириной 300 км вышли к карпатским перевалам. А войска правого крыла на фронте свыше 100 км преодолели карпатские перевалы.

Наступление в Карпатах до самых перевалов представляло собой непрерывную цепь боев, прогрызание обороны противника.

Необходимо отметить особенность первого этапа наступления — широкое применение маневра во всех войсковых звеньях от полка до корпуса. Почти каждая задача в масштабе дивизии и полка решалась с применением обходов и охватов опорных пунктов противника, с проникновением через незанятые промежутки во фланг и тыл противника по горам, оврагам и долинам, покрытым лесами. Кроме того, успех на одном участке или направлении развивался путем дополнительного ввода в действие соединений, перебрасываемых с других участков фронта или из армейских резервов.
Ф. Н. Пархоменко
Говоря о действиях советских войск в первый период наступления в Карпатах, следует отметить, что объектами атак наступавших войск в горах являлись вражеские опорные пункты и узлы сопротивления на горах, высотах, в населенных пунктах, долинах, ущельях и узлах дорог. Так как оборона противника строилась в основном по высотам, наши войска стремились прежде всего овладеть этими высотами. Таким образом, в горных условиях боевые действия сводились главным образом к борьбе за высоты. Опыт карпатских боев показал, что овладение той или иной высотой очень редко решалось фронтальным ударом. Фронтальные атаки применялись, как правило, для отвлечения внимания противника и сковывания его главных сил. Основное же решение задачи достигалось обходом или охватом опорных пунктов, расположенных по высотам, причем обход и охват в зависимости от конфигурации и рельефа местности осуществлялся с одного или одновременно обоих флангов.

Боевой порядок наступавших частей и подразделений избирался в соответствии с конкретными условиями. Боевой порядок пехоты для наступления обычно строился в зависимости от обстановки. При прочесывании леса и прохождении пологих и открытых скатов движение бойцов осуществлялось стрелковыми цепями, при преодолении оврагов, обрывов, крутых скатов — мелкими группами, поддерживавшими зрительную связь.

Следует отметить, что при обходе высот наиболее целесообразным являлось одновременное движение пехоты по всему скату. Такое движение облегчало подразделениям наиболее трудный вид атаки — снизу вверх — и уменьшало потери от огня минометов, установленных на обратных скатах.
На Дукле
Чехословацкий танк «Лидице»
Сентябрьские бои в Карпатах показали, что наши стрелковые части в основном твердо усвоили тактику обхода и охвата, широко и успешно пользовались этим маневром в боях за овладение высотами и хребтами, но в отдельных случаях из-за неудовлетворительного обеспечения тыла и флангов наступавших подразделений и частей замедляли продвижение вперед. Иногда часть или даже соединение, вырвавшись вперед, умышленно снижали темп из-за того, что сосед отстал или прекратилась с ним связь. Между тем в условиях, когда оборона противника раздроблена, а части его в связи с отходом перемешивались и утрачивали способность к серьезному сопротивлению, боязнь обнаженного фланга, тем более в горно-лесистой местности, часто бывала необоснованной.

Непрерывная взаимная информация между соседями по радио, при отсутствии других средств связи, на всех этапах боя — совершенно обязательное условие для успешного действия войск в горах. Такая информация облегчает выполнение общей задачи, предоставляет инициативу отдельным частям, способствует координированию ударов и смелому вклинению в расположение противника для выхода на его коммуникации.
Доставка боеприпасов на передний край
Навеки вместе
В действиях войсковой разведки в сентябрьских боях подтвердилась целесообразность и возможность организации глубинной разведки в расположение противника. Небольшие разведывательные группы по 5–10 человек проникали днем и ночью во вражеский тыл, выявляли систему обороны, огневые точки, пути обхода высот.

В связи с действиями на сильно пересеченной местности выявилась необходимость все наблюдательные пункты приближать к передовым позициям, а также организовывать вспомогательные НП в стороне от главного направления.

Следует отметить особенности действий артиллерии в ходе сентябрьских наступательных боев.

Первоначальный прорыв обороны противника на правом фланге 1-й гвардейской армии на направлении главного удара был обеспечен созданием артиллерийской плотности в 100 орудий и минометов на 1 км фронта. На прямой наводке находилось 18,2 орудия на 1 км фронта. Артиллерийская подготовка продолжалась 50 минут. Огневая система противника была в достаточной степени подавлена. Это позволило пехоте овладеть передним краем вражеской обороны и при непрерывной поддержке артиллерии развить успех в течение первого дня наступления на глубину до 5–6 км.

В процессе наступательных боев основную роль в сопровождении пехоты играли орудия прямой наводки и минометы.

Артиллерия не только обеспечивала поддержку пехоты своим огнем, но в ряде случаев самостоятельно и успешно вела бои с пехотой и танками противника.

В управлении огнем командирами групп и командующими артиллерией дивизий для целеуказаний широко применялись подручные батареи и дивизионы, которые стрельбой дымовыми снарядами помогали сосредоточивать массированный огонь в нужном направлении. Управление артиллерией осуществлялось преимущественно с помощью радиосвязи.

Взаимодействие артиллерии с пехотой в ходе наступления в горах обеспечивалось главным образом совместным расположением артиллерийских и пехотных начальников, их непосредственным общением друг с другом. Особенностью организации взаимодействия в горно-лесистой местности являлась необходимость установления радиосвязи с соседними пехотными частями и подразделениями, действующими в обход или для охвата опорных пунктов и высот.

Огонь артиллерии в ходе наступательных боев планировался ускоренным методом — путем постановки задач на местности с наблюдательных пунктов командующего артиллерией дивизии командирам полков и дивизионов. Перемещение боевых порядков артиллерии осуществлялось последовательно (по одной трети), что давало возможность непрерывно вести артиллерийский огонь не менее чем двумя третями артиллерийских средств. Опыт наступления в горах показал, что в передвижении 82-мм и 107-мм минометов и горновьючных установок PC М-8 больших затруднений не возникало и они, как правило, двигались в боевых порядках пехоты. Сложнее обстояло дело с выдвижением орудий на открытые позиции для стрельбы прямой наводкой. Оно производилось преимущественно вручную и только в некоторых случаях с помощью лошадей или автотягачей. Во всяком случае, перемещение орудий прямой наводки на огневые позиции было сопряжено с большими трудностями.

Обеспечение снарядами и минами было сильно затруднено. Зачастую бойцы сами доставляли боеприпасы на огневые позиции, иногда использовались конские вьюки, повозки местных жителей. Большую помощь в обеспечении войск боеприпасами оказал специальный транспортный полк, укомплектованный автомашинами повышенной проходимости.

Таким образом, можно сказать, что полевая артиллерия всех систем после специальной подготовки материальной части и личного состава может успешно решать вопросы сопровождения и поддержки пехоты при наступлении в горно-лесистой местности.

Боевые порядки танковых групп при действиях в горах определялись возможностями для их развертывания и зависели от ширины полосы наступления, доступной танкам, и рельефа местности. Обычно танки строились в линию или углом. В отдельных случаях из-за невозможности провести развертывание танки действовали в походных колоннах.

Наиболее подходящими танками для действий в горно-лесистой местности оказались средние танки и самоходные установки. Действия тяжелых танков в горах сопряжены с большими трудностями. Эти машины крайне тяжелы для горного рельефа, обладают малой маневренностью.

Большую помощь стрелковым частям оказывали инженерные войска.

Основным видом действий инженерных частей в сентябре являлись дорожно-мостовые работы. По своему характеру дорожно-мостовые работы делились на две резко отличающиеся друг от друга группы: восстановление существующих шоссейных дорог (в основном восстановление мостов) и работы на грунтовых дорогах, тропах и на колонных путях. Главной задачей инженерных войск была прокладка обходных путей, имевших решающее значение для развития операции.

При сопровождении артиллерии инженерные войска в основном помогали артиллеристам в смене и оборудовании огневых позиций. Для обеспечения артиллерийской пушечной бригады выделялся один горный инженерно-саперный батальон, который распределялся между дивизионами из расчета одна рота на дивизион.

В наступательных действиях в сентябре инженерные войска применялись также для обеспечения стыков боевых порядков войск и прикрытия флангов. Саперы устраивали заграждения, оборудовали огневые площадки, отрывали окопы и стрелковые ячейки, устанавливали минные поля.

Крайне плохие условия погоды сильно затрудняли действия авиации. Но едва рассеивался туман или прекращался дождь, как в небе над Карпатами появлялись наши самолеты. Несмотря на все трудности, авиация 8-й воздушной армии в сентябре совершила 3111 самолето-вылетов, из них штурмовики — 1725, истребители — 1197, бомбардировщики — 189 самолето-вылетов[77]. Как видим, наиболее активно действовала штурмовая авиация. Она наносила удары по переднему краю обороны противника, подавляя систему огня, уничтожая его артиллерию и минометы на огневых позициях, танки, технику, живую силу и органы управления.

Истребители часто использовались в качестве ближних бомбардировщиков-штурмовиков. Они брали бомбовую нагрузку 50–100 кг и совместно со штурмовиками уничтожали живую силу и технику врага.

Важную роль в ходе активных наступательных боев играла партийно-политическая работа в войсках. В этот период внимание политорганов соединений, партполитаппарата, партийных и комсомольских организаций частей направлялось на постоянное обеспечение высокого наступательного духа воинов. Этого они добивались оперативным доведением до всего личного состава приказов Верховного Главнокомандующего, сводок Совинформбюро, разъяснением личному составу конкретных боевых задач, постоянной популяризацией героев боев, личным примером коммунистов и комсомольцев в бою. В политической работе широко использовались газеты, боевые листки, индивидуальные и групповые беседы, проводились митинги.

Свои чувства и настроения бойцы выражали на собраниях, в беседах с командирами и политработниками, на митингах. Красноармеец Шутак из 465-го стрелкового полка на митинге заявил: «Никакие укрепления и Карпатские горы не преградят нам путь в Берлин. Мы умножим славу советского оружия и добьем немецко-фашистского зверя в его собственном логове». Раненые воины нередко отказывались покинуть поле боя. Например, в отдельной истребительно-противотанковой артиллерийской бригаде РГК, где начальником политотдела был подполковник Макаров, раненые рядовые Епов, Залесский, Колесник и Морясов, отказавшиеся идти в госпиталь, заявили: «Мы еще можем бить фашистов, а лечиться будем после войны».

Командование частей и соединений, политорганы, партполитаппарат, партийные и комсомольские организации использовали множество различных форм популяризации отличившихся в бою воинов. Постоянное внимание обращалось на своевременное выявление и награждение орденами и медалями отличившихся бойцов, сержантов и офицеров. Многие командиры полков особо отличившихся воинов награждали непосредственно на поле боя.

В частях награжденным вручались поздравительные письма от имени командования полка. Поздравительные письма писались на специальных бланках, отпечатанных типографским способом. Они играли серьезную воспитательную роль. Многие воины полученные письма посылали домой, родным и близким как подтверждение честного служения Родине.

В большинстве частей и соединений 4-го Украинского фронта практиковалась посылка писем на родину отличившихся в боях воинов.

Большую роль в популяризации отличившихся в бою подразделений и отдельных воинов играли боевые листки и листки-летучки, которые в ходе боя передавались по цепи. Листки-летучки выпускались командирами и политработниками. Этот вид популяризации героев боев нашел широкое применение во всех частях и соединениях фронта и вполне себя оправдал. Имелось много примеров, когда бойцы, прочитав листок-летучку о подвиге своего товарища, всячески стремились подражать ему, а это в свою очередь положительно сказывалось на боевой активности всего подразделения.

Серьезное внимание популяризации героев боев уделяли газеты. Почти каждый номер фронтовой, армейской и дивизионной газеты выходил с фотографиями отличившихся в последних боях, с описанием их подвигов. Политорганы и партполитаппарат постоянно заботились о своевременной доставке газет непосредственно на передний край и использовании их в агитационной работе.

В ряде соединений в ходе боя практиковалась передача оружия прославленных воинов и выбывших из строя. В 565-м стрелковом полку широкой популярностью пользовался расчет станкового пулемета рядового Сивака, награжденного орденом Славы III степени и медалью «За отвагу». В одном из боев Сивак был ранен. Его пулемет № 166 был вручен лучшему расчету, которым командовал сержант Брюховский. Личный состав расчета в своем письме в госпиталь рядовому Сиваку писал:

«Пулемет № 166 находится в надежных руках. За короткий срок мы научились из него метко стрелять. Обещаем Вам, дорогой товарищ, что бойцы в боях будут насмерть разить врага и славные боевые традиции Вашего пулемета будут приумножаться».

Слово, данное Сиваку, молодые пулеметчики Васильков, Васильев и Сопкин сдержали. В первом же бою они уничтожили 11 гитлеровцев. О боевых делах отличившихся бойцов рассказывалось в листке-летучке.

В 31-й отдельной гвардейской танковой бригаде широко практиковалось вручение раненым воинам, отправляемым в госпитали, чистых открыток с адресом политотдела бригады, с тем чтобы они могли обратиться туда по интересующему их вопросу и в любое время сообщить о состоянии своего здоровья. Политотдел бригады организовал посещение раненых, находящихся в госпиталях.

Политорганы, партийные и комсомольские организации всемерно стремились обеспечить авангардную роль коммунистов и комсомольцев в бою. Политработники, руководители партийных и комсомольских организаций, все партийные активисты всегда были впереди, на самых важных участках. Своей храбростью они вселяли в воинов уверенность в победе, воодушевляли на славные боевые дела.

Говоря о действиях противника в Карпатах, следует отметить, что занятый противником оборонительный рубеж в Карпатах проходил по господствующим высотам, которые были превращены в узлы сопротивления, а отроги гор и высот — в опорные пункты. Оборона противника привязывалась в основном к высотам, особенно таким, с которых легко контролировались подступы, проходы, дороги и которые опоясывали населенные пункты. Промежутки между опорными пунктами, долины, дороги и подступы к вершинам прикрывались перекрестным и фланкирующим огнем пулеметов, мертвые пространства контролировались группами автоматчиков. Населенные пункты, расположенные в низких долинах, противником обычно не занимались, но подходы к ним перекрывались огнем пулеметов и заградительным огнем артиллерии и минометов.

Оборудование рубежа фортификационными сооружениями противник стремился дополнить различными препятствиями. Во многих местах минировались подступы к переднему краю, дороги и долины, устраивались лесные завалы, опушки леса оплетались колючей проволокой, долины рек и дороги перекрывались противотанковыми рвами или надолбами.

Отходя под ударами наших войск, противник взрывал все мосты, минировал пути отхода, при этом не только полотно дороги, но и обочины, районы объездов, а также места, удобные для привалов войск (поляны, огороды, районы родников). Однако, сбитый с первоначального оборонительного рубежа, враг в дальнейшем до самых перевалов через Карпаты не смог создать сколько-нибудь сильных промежуточных рубежей.

Вынужденный оставлять ту или иную высоту или цепь высот, противник цеплялся за следующую высоту. Огневые позиции для артиллерии и минометов подготавливались обычно заранее. Отдельные господствующие высоты, расположенные главным образом у дорог, он заблаговременно превращал в сильные опорные пункты и узлы сопротивления, оборудуя их траншеями, проволочными заграждениями, минными полями, дзотами и бронеколпаками. Такими узлами обороны перекрыты были дороги Санок — Гуменне, Турка — Ужгород, Сколе — Мукачево, Выгода — Торун — Волове — Густе, Надворная — Керешмезе — Рахов.

Основой обороны на главном и промежуточных рубежах являлись не фортификационные сооружения, а система пулеметного, минометного и артиллерийского огня с господствующих высот, подступы к которым сами по себе были труднодоступными для наших войск.

Характерной особенностью действий пехоты противника при его подвижной обороне в Карпатах являлось то, что промежуточная оборона строилась не по каким-либо определенным рубежам (за исключением рубежей рек), а на каждой тактически выгодной высоте или горе. Только в тех случаях, когда наши войска вклинивались на каком-нибудь участке в его оборону на всю тактическую глубину, он вынужден был на соседних участках отводить свои войска. Но и в этих случаях отход его главных сил производился под прикрытием специально выделенных отрядов.

Обычно в опорном пункте на высоте располагались небольшие группы пехоты в 15–30 человек с 3–5 ручными пулеметами и 2–3 станковыми пулеметами. Такой опорный пункт оказывал исключительно упорное сопротивление, и только угроза окружения или захода во фланг заставляла противника отходить на следующую цепь высот. Из-за трудности передвижения по горам гитлеровцы редко успевали подбросить свои подкрепления к атакуемой высоте. Обычно сопротивление усиливалось на следующем рубеже и часто сопровождалось контратаками мелких подразделений (рота — батальон) при поддержке 2–3 бронеединиц.

Контратаки предпринимались после коротких, но мощных артналетов одновременно с двух и более направлений. Зачастую контратаки мелких групп имели целью прикрыть отход. После таких контратак противник, оставив на высоте один-два станковых пулемета, отходил назад.

Отход на расположенную сзади высоту или цепь высот производился скачками. Минимальное расстояние отхода определялось с тем расчетом, чтобы наша артиллерия с прежних огневых позиций не могла вести огонь по новому расположению противника, а вынуждена была для ведения огня менять свои позиции.

При действиях в горах противник значительно больше обычного применял минометы, особенно шестиствольные и десятиствольные. Артиллерия противника в основном действовала методом огневых налетов. По боевым порядкам наших войск методический огонь велся сравнительно редко и применялся в основном для обстрела дорог, путей движения войск и местам их скопления.

Для борьбы с нашими танками противник часто прибегал к устройству засад из орудий ПТО и тяжелых танков на обратных скатах высот и в укрытиях, которые держали под своим контролем выходы на гребни гор, и из-за поворотов дорог.

Необходимо отметить, что, организуя временную оборону на том или ином промежуточном рубеже, противник в первую очередь нацеливал свою артиллерию по узким ущельям, где пролегали дороги, и по доступным подступам к своим позициям. Благодаря этому в нужный момент он сосредоточивал по угрожаемому участку довольно мощный огонь многих батарей. Маневр траекториями, таким образом, получил довольно широкое применение.

Что касается использования противником танков, то в его тактике можно отметить следующие особенности. Массированное применение танков до 20–30 единиц имело место только в нескольких случаях при крупных контратаках на правом фланге 1-й гвардейской армии. Обычно же противник применял танки мелкими группами по 2–4 единицы во взаимодействии с одной-двумя ротами пехоты в контратаках. Участвовавшие в контратаках небольшие группы танков следовали в боевых порядках контратакующей пехоты на небольших скоростях и действовали крайне осторожно, с использованием укрытий в складках местности.

Самоходные орудия использовались группами по 2–3 единицы отдельно или совместно с 2–4 танками для поддержки контратак пехоты. Штурмовые орудия в этих случаях следовали позади танков или же поддерживали пехоту огнем с места с дистанции 800—1000 м.

При отражении наших атак противник часто применял метод ведения кинжального огня. Танки и самоходные орудия быстро выдвигались из-за укрытий, производили короткий огневой налет, затем быстро отходили в укрытия. Лобовой атаки и огневого боя с нашими машинами танки противника избегали, в единоборстве выдерживали дистанцию 1500–2000 м. Иногда танки и самоходные орудия использовались в виде неподвижных огневых точек.


Примечания:

5

См. Вторая мировая война 1939–1945 гг. Военно исторический очерк. М., Воениздат, 1958, стр. 574,

6

См. Великая Отечественная война Советского Союза 1941–1945. Краткая история. М., Воениздат, 1965, стр. 336.

7

См. Промышленность Германии в период войны 1939–1945 гг. Изд-во иностр. лит., 1956, стр. 189.

50

Архив МО СССР, ф. 244, оп. 3000, д. 723, лл. 79–80.

51

Архив МО СССР, ф. 346, оп. 5755, д. 186, л. 9.

52

Архив МО СССР, ф. 292, оп. 6850, д. 475, лл. 62–63.

53

Архип МО СССР, ф. 346, оп. 5755, д. 186, л. 35.

54

Архив МО СССР, ф. 244, 011. 3000, д. 746, л. 7.

55

Архив МО СССР, ф. 346, оп. 5755, д. 186, л. 36.

56

Архив МО СССР, ф. 132-A, оп. 2642, д. 31, лл. 49–50.

57

Архив МО СССР, ф. 292, оп. 6850, д. 475, л. 86.

58

Архив МО СССР, ф. 244, оп. 3000, д. 746. лл. 7–8.

59

Архив МО СССР, ф. 33, оп. 793756, д. 33, л. 108.

60

Архив МО СССР, ф. 292, оп. 6850, д. 475, л. 101.

61

Архив МО СССР, ф. 811, оп. 7980, д. 53, л. 64.

62

В качестве средств усиления корпус имел три горновьючных минометных полка, два гаубичных артиллерийских полка и два истребительно-противотанковых полка.

63

Архив МО СССР, ф. 244, оп. 3000, д. 746, лл. 9–10.

64

Архив МО СССР, ф. 244, оп. 3000, д. 746, л. 10.

65

Архив МО СССР, ф. 33, оп. 793756, д. 13, л. 167; д. 14, л. 106.

66

Архив МО СССР, ф. 244, оп. 3000, д. 746, л. 10.

67

Архив МО СССР, ф. 811, оп. 7980, д. 80, л. 6.

68

Архив МО СССР, ф. 811, оп. 7980, д. 80, лл. 2, 27.

69

Архив МО СССР, ф. 811, оп. 7980, д. 80, лл. 2, 27.

70

Архив МО СССР, ф. 292, оп. 6850, д. 475, л. 123.

71

Архив МО СССР, ф. 244, оп. 3000, д. 736, л. 108.

72

Архив МО СССР, ф. 244, оп. 3000, д. 736, лл. 123–124.

73

Архив МО СССР, ф. 244, оп. 3000, д. 736, лл. 128–129.

74

Архив МО СССР, ф. 244, оп. 3000, д. 736, л. 134.

75

Архив МО СССР, ф. 236, оп. 2712, д. 66, лл. 87–89.

76

Архив МО СССР, ф. 393, оп. 9007, д. 52, лл. 48, 49.

77

Архив МО СССР, ф. 346, оп. 5755, д. 186, л. 61.